Яд и кинжал

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Яд и кинжал » Regnum terrenum. О tempora! O mores! » Нелегко получать ненужное и терять несбыточное. 10.08.1495. Потенца


Нелегко получать ненужное и терять несбыточное. 10.08.1495. Потенца

Сообщений 1 страница 20 из 39

1

Вечер в замке. После ужина.

Логическое продолжение эпизода Намерения матери всегда безгрешны. 08.08.1495. Потенца

Отредактировано Антонио де Гевара (12-06-2018 16:31:44)

2

О том, кто будет первым из претендентов, граф ди Потенца подумал сразу, даст бог, второй и не понадобится. Пьетро Донелли был еще не настолько в возрасте, чтобы вызвать отторжение у юной девушки, и не настолько молод, чтобы не знать, чего от него ожидать. Тридцатилетний вдовец был человеком предприимчивым и при этой прекрасно осознавал, кому и чем он обязан, не был он замечен в излишней хитрости, как, впрочем, и в простоте, поручения выполнял ровно так, как от него и ожидали, а если и проявлял инициативу, то всегда к месту. Словом, мессер Пьетро был полезен графу, а граф за это выделял его из многих.
Еще во время разговора с Марией Антонио вспомнил, как месяца полтора назад Донелли рассуждал о возможности повторного брака, и подумал, что как раз выпал случай оказать услугу не только любовнице, но и приближенному. К тому же Бартоломео Грассо не производил впечатление человека, способного сравняться с Мафусаилом, сыновей, которым он мог бы передать свой пост, у него не было, а комендантом замка лучше иметь верного человека. Чем плох для этой должности Пьетро Донелли? Передать дело не сыну, а зятю - вряд ли этот поступок мог вызвать чьё-либо удивление или порицание.

Донелли выслушал предложение неожиданного свата с воодушевлением, заверил, что постарается произвести благоприятное впечатление на девицу, и, судя по тому, как проходил ужин, если и не преуспел, то хотя бы не вызвал явного отторжения. Что ж, многие браки заключались и при меньшей симпатии. Да и вообще, главное, чтобы жених понравился родителям, а дочь уж как-нибудь смирится. Положением с женихом они были практически равны, а перспектива весьма недурна. Что станет с ней самой, ее матерью и кучей родственниц, когда комендант или умрет, или просто потеряет силу? Умная девушка не могла бы о том не задуматься.

Граф ди Потенца выразительно посмотрел на Марию и, вытерев жирные от мяса губы хлебным мякишем, произнес:
- Мадонна, в прошлый мой визит вы обещали показать мне подвал. Я думаю, что мы будем отсутствовать не слишком много времени, так что гость не успеет заскучать.

Отредактировано Антонио де Гевара (19-06-2018 13:00:57)

3

В ожидании ужина Мария пребывала в редком для себя волнении, правда и оно настолько мало отразилось на ее внешнем виде, что вряд ли кто-нибудь заметил. Это было не просто желание выдать дочь замуж, явление претендента на роль ее зятя сказало бы о многом - об истинном положении ее мужа, об отношении к ней графа ди Потенца, о будущем ее семьи. Зная Антонио де Гевара, Мария могла ожидать всего, вплоть до насмешки.
Действительность оказалась не такой, чтобы умереть от счастья, но все-таки почти блестящей. Мария достаточно знала о Пьетро Донелли и его положении, чтобы расценить его кандидатуру как достаточное расположение графа. Предложение говорило ясно и прямо: граф милостиво относится к семье своего коменданта, но и ждет от них тоже многого.
За ужином, где присутствовали только члены семьи - и, наконец-то, никаких франков - разговор шел об урожаях, дорогах и дождях. Мария побеседовала с Пьетро и осталась довольной. Тот выказал ей почтительность, говорящую о том, что он доволен и жаждет сближения. К тому же был он довольно молод и здоров. Мария посчитала, что Томмазина должна быть счастлива. Что до Бартоломео, то комендантша была уверена, что тут он полностью положится на ее мнение.
- Ваша светлость, я готова выполнить свое обещание, - с предупредительной улыбкой ответила она графу и, поднимаясь из-за стола, сочла нужным объясниться с прочими. - Его светлость просил показать ему, где вызревает граппа.

4

- Мы не задержимся надолго, - счел нужным пояснить и де Гевара.
После сытного обеда у него не было других желаний потешить плоть, он просто хотел переговорить в Марией наедине, чтобы потом уже, возвращаясь из замка, передать впечатление от возможной тещи Пьетро Донелли.
Казалось бы, что графа ди Потенца должно было бы больше интересовать мнение Томмазины, но... только казалось. Если Пьетро пришелся по душе родителям невесты, то девице остается только подчиниться.
- Мессер Бартоломео, мадонна Томмазина, я расчитываю на вас, - вопреки обычной желчной манере сейчас Антонио говорил почти добродушно.
По тому, как повел себя Донелли, уже можно было предположить, что Мазина ему понравилась, так что осталось только объяснить Марии будущие выгоды и считать дело завершенным. Того, что и у коменданта может быть иное мнение, де Гевара в расчет не принимал. Он вообще был невысокого мнения о тех мужьях, чьи головы не без его помощи украшали ветвистые рога, миролюбивость же Бартоломео и вовсе воспринимал как слабость.
- Идите впереди, мадонна, я последую за вами, - обратился он к Марии уже за дверью столовой и, быстро обернувшись по сторонам, шлепнул ее по заду.

Возможно, он поспешил с выводами о том, что одного разговора будет достаточно. Ну ничего, пусть комендант с дочерью получше познакомятся с Пьетро Донелли. Все же будущий родственник, как-никак.

Отредактировано Антонио де Гевара (22-06-2018 12:37:19)

5

Мария невольно огляделась вокруг, не заметил ли кто-нибудь. Ее все чаще настораживала некоторая простота графа де Гевара. Она понимала, что за ней стоит. Ему было безразлично, что будет с ней, в то время как свои прихоти были очень важны. Бартоломео давно уже вышел из того возраста, когда сильно интересует жена и когда в любом чужом интересе замечаешь лишь похоть. Сам уже успокоившийся, он мог многого не замечать, но все же не стоило надеяться на его полное добродушие. Да и любителей открыть ближнему своему глаза не стоило сбрасывать со счетов.
И все-таки ей кое-что нужно было от графа, так что проявлять строптивость было не время, поэтому Мария сделала вид, что вообще ничего не заметила, надеясь, что это охладит желание Антонио скабрезно шутить. Только порадовалась, что идут они не в маленькую комнатку за кухней, где всегда встречались и где обстановка могла бы напомнить любовнику об обычно овладевающих им желаниях, а в подвалы.
Здесь было пусто (если не считать бочек), но просторно.
- Вот, - Мария не без гордости обвела рукой широкое помещение, наполненное винными бочками и граппой. - Мне очень понравился этот Пьетро. Кажется, он удостоился вашего одобрения?

6

Хмыкнув себе под нос, Антонио огляделся - здесь он был впервые и масштаб производства внушал уважение.
- Мой управляющий может спать спокойно, - ухмыльнулся он, - запасов хватит надолго.
Приобняв Марию за талию, он повёл ее вдоль ровных рядов из бочек - ему нравилось мерное покачивание бедер любовницы, ее спокойствие и умение не замечать того, что нет-нет, рука соскальзывала с талии и тогда уже фамильярное объятие становилось куда более однозначным.
Впрочем, в его планы не входило и то, чтобы их застали с комендантшей в компрометирующем положении, поэтому на этот раз Мария могла быть спокойна за свою добродетель, Антонио было достаточно уверенности в том, что он мог бы в любой момент разложить ее прямо на одной из бочек и не увидеть сопротивления.
- Да, он бывает мне полезен, - ответил он с иронией.
Ему нравилась роль благодетеля, тем более, что лично ему это ничего не стоило.
- И я подумал, что раз уж у вас с Бартоломео нет сыновей, то должность твоего мужа вполне мог бы унаследовать его зять. Пьетро вполне подходит на эту должность. По крайней мере, пока я в нем не разочаровывался.

Отредактировано Антонио де Гевара (23-06-2018 13:46:05)

7

- Ооо, - довольно протянула Мария. - Вот как? Значит, Томмазине... и мне никогда не придется переезжать из замка...
Новости были отличные. Если зятем станет будущий комендант, то у нее, Марии, будет возможность остаться здесь и после смерти мужа. В этом не было никаких признаков нелюбви, но Мария привыкла думать о том, что в каком-то будущем останется вдовой. Муж был старше, и его возраст все сильнее напоминал о себе. Мария сама была в том возрасте, когда заботишься о том, чтобы изменений в будущем было как можно меньше, а к замку она привыкла за время замужества так же, как привыкают к собственным рукам и ногам.
- Выходит, зря Бартоломео всю жизнь так сокрушался о том, что у него нет сыновей.
И хорошо, что он не вздумал обзавестись ими где-нибудь еще, помимо супружеского гнезда.

8

- Ну если дело только в этом... - протянул Антонио, не забывая при этом поглаживать бок любовницы.
Итак, Мария довольна, Пьетро ещё за столом знаком показал, что Томмазина ему понравилась, дело можно считать, что сделано. Донелли ещё больше будет обязан графу, что уже говорить о семье нынешнего коменданта. Да и сам Бартоломео сможет теперь спать спокойно, а значит тоже будет благодарен.
- Тогда готовьте приданое, - продолжил он вслух. - Пьетро к вам переедет, освоится, тогда потом все само собой сложится.
Антонио де Гевара всегда смотрел далеко вперёд, потому несмотря на все сложности, и положение, и состояние свое сохранил.
- Твою просьбу я выполнил, теперь уже дело за тобой. Томмазина, говоришь, у тебя послушная, с мужем переговоришь. Ладно, идём уже, не будем заставлять себя ждать... - и, ущипнув Марию за зад, с усмешкой то ли пообещал, то ль поставил в известность. - А я завтра вечером к тебе приду.

Отредактировано Антонио де Гевара (24-06-2018 11:29:51)

9

- Тогда завтра вечером я буду разливать граппу, - пообещала Мария.
Всего лишь ужин и короткий разговор с графом, но у нее в голове уже складывалось, как и что будет дальше. Пьетро переедет, но не стоит ждать, как само все сложится. Надо немедленно переговорить с Томмазиной и дать ей понять, что дело решенное. И лучше делать это не самой... Как ни странно, но Мария не хотела сама говорить все дочери. Все-таки она так же мало понимала ее, как любую девицу из чужой семьи. А вот Чиэра, кажется, ладила с племянницей хорошо, пусть она и сообщит той намерение родителей. К тому же, как Мария была уверена, старая дева - лучший пример того, почему следует принимать предложения с радостью и улыбкой. Кем хочет быть Томмазина? Хозяйкой в доме коменданта или приживалкой? Вот пусть Чиэра ей объяснит все доходчиво.
В покладистости Бартоломео Мария не сомневалась вообще. Он был комендантом крепости, дела же семьи оставлял своей жене и никогда не сомневался, что она хорошо знает, что и когда делать.

10

Пьетро Донелли и до семейного ужина был склонен произвести на Томмазину Грассо максимально благоприятное впечатление - не в первый раз вступил бы он в брак по расчёту, а наследуемая должность коменданта - слишком лакомый кусок, чтобы ее кому-нибудь уступать, теперь же, познакомившись с семейством, а, главное, с невестой поближе, окончательно уверился в собственных намерениях. Девушка оказалась приятной внешне, по виду - достаточно скромной, может быть немного зажатой, но ведь оно и понятно - не каждый день в ее жизни случались смотрины. Пьетро постарался вести себя так, чтобы не смутить и при этом ободрить девицу. Неназойливо вовлекая ее в разговор, тем самым он показывал, что она ему интересна, а подчёркнутое уважение, с каким он обращался к ее родителям, демонстрировало, что и они с зятем они не прогадают. Все это, разумеется, без услужливости и с чувством собственного достоинства, но достаточно явно, при этом чаще всего он обращался к коменданту, считая, что решение больше зависит от него, чем от кого-либо ещё.

После ухода графа и мадонны Марии на какое-то время собеседники неловко замолчали, и тогда уже Пьетро принял на себя бремя единственного рассказчика. Истории, поведанные им, не смутили бы и малого ребёнка, может быть потому они и не были такими интересными, но Донелли уповал на свое мастерство повествователя, и вроде бы ему удалось развлечь и мадонну Томмазину, и мессера Бартоломео. Во всяком случае он на это надеялся.

Отредактировано Пьетро Донелли (27-06-2018 11:20:17)

11

Томмазине никто не говорил о причинах появления в их доме Пьетро Донелли. Отец оставил разговор с дочерью на мать, а Мария не сочла нужным предупреждать, только попросила быть повежливее с гостем. Дом коменданта часто принимал гостей всех возможных возрастов, и большая их часть была нужные и важные люди, с которыми всем в семье следовало быть внимательными, так что Томмазина не увидела в просьбе никакого знака.
Возможно, другая бы на ее месте что-нибудь и заподозрила, благодаря женской интуиции или проницательности, но Томмазина была слишком рассеянна, и причиной тому была, конечно, влюбленность.
Да, ее интерес к лейтенанту де Вильфору не только не угас, но даже наоборот, из легкого чувства перерос в страсть. Этого не могла предусмотреть Мария Кваттроки, считавшая дочь девицей и понятия не имевшая, что погибший жених, хоть и не успел подписать брачного контракта и произнести нужные клятвы, все-таки в одном стал настоящим мужем, открыв несостоявшейся жене всю прелесть чувственной любви. И теперь дремавший год с лишним молодой пыл был разбужен одним франком.
За столом Томмазина старалась быть собранной и не терять разговора, чтобы вовремя отзываться, если к ней обращались. Она говорила и даже отвечала - к счастью, присутствие графа Потенцы не предполагало ее деятельного участия в беседе - но все-таки больше была где-то в своих мыслях. Она в который раз перебирала все мельчайшие детали своих коротких встреч и разговоров с Вильфором. Их было немного, и все они были просты. Любой другой бы сказал, что лейтенант всего лишь вежлив, а еще весел и отлично себя чувствует и в замке и в семье коменданта. Томмазине же любое его слово или взгляд казались исполнены глубокого смысла. Она вспоминала, как он поздоровался, как вдруг спросил что-то, как она поймала на себе его взгляд, даже как он отвернулся - все детали укладывались в мозаику и уверяли, что ее чувство не безответно. В том же, что Вильфор никак прямо не проявил своего интереса, не объяснился, Томмазина видела проявление благородства и нежелание отвечать коменданту злом за гостеприимство.
Надо ли говорить, что Пьетро едва ли был замечен и что если бы после обеда Томмазину спросили, какого цвета у него волосы или глаза и носит ли он бороду, она бы затруднилась с ответом?

12

Чаще всего Бартоломео был больше занят делами замка, нежели собственной семьей. Он во всем полагался на Марию и не видел ничего особенного в том, что она хлопочет о том, как бы их Томмазина не осталась старой девой. Пьетро Донелли показался ему человеком достаточно разумным, рассуждения "почти жениха" были полны здравого смысла, он не был ни стариком, ни калекой, к тому же догадался проявить должное уважение. Иными словами, комендант и не зная о планах мессера Антонио в отношении своего ставленника, был вполне удовлетворен предложением графа.
Последнее время у мессера Бартоломео частенько кололо в боку и он уже не раз задумывался над тем, что будет с его семьей тогда, когда его самого не станет. Думать о собственной смерти было неприятно, еще неприятнее - осознавать, что только на его плечах держится благосостояние жены и дочери. Эх... если бы у них с Марией родился сын... Тогда бы все было бы иначе.
И пообещав себе, что потом более подробно узнает о положении Пьетро Донелли и о тех средствах, которыми он располагает, комендант окончательно успокоился. Наверное, ему бы сложно было поддерживать долгую беседу с малознакомым человеком, но мессер Пьетро и здесь проявил себя с лучшей стороны и сумел обставить все так, что возможному тестю оставалось только многозначительно кивать, ну и иногда с не меньшим глубокомыслием изрекать какие-нибудь банальности.

Отредактировано Бартоломео Грассо (02-07-2018 17:19:47)

13

Вечер закончился чинно, как это бывает, когда все присутствующие прекрасно знают, что происходит, но считают, что слишком рано говорить громко, а оставляют себе время привыкнуть к положению дел, а может, просто побаиваются спугнуть успех.
Хозяева вышли провожать гостей. Граф де Гевара шел впереди в сопровождении коменданта, а Мария и ее будущий, как она полагала, зять, оказались позади них.
- Мессер Пьетро, - не давая тому почувствовать себе неловко, начала Мария. - Наша семья польщена вашим вниманием. Мой муж, я и, уверена, в ближайшем будущем и наша дочь. Она пока ничего не знает, но брак с вами будет честью для нее.

14

- Как и для меня, мадонна, - галантно отозвался Донелли и прибавил. - Надеюсь, наш брак будет не только честью для нас обоих, но и взаимным счастьем.
Не сомневаясь, что любая мать будет волноваться, отдавая дочь чужому человеку, Пьетро оценил по достоинству и сдержанность мадонны Марии, и ее умение себя держать.
- Я же со своей стороны постараюсь сделать все, чтобы мадонна Томмазина не пожалела о своем выборе.
Получилось довольно самонадеянно, словно ответ Мазины был уже озвучен, но после знакомства с невестой к Донелли пришла уверенность, что отказа не будет. Сложно сразу ждать от девицы горячей привязанности, но и явного отторжения Пьетро тоже не заметил. А если будущая жена рассудительностью пойдет в свою мать, их брак имеет все шансы на то, чтобы его назвали удачным.
- Его светлость проявил редкое понимание ситуации, - осторожно вступил он на скользкую почву - ведь речь зашла о том, что когда-нибудь его собеседница станет вдовой. - Надеюсь, вас не покоробил этот взгляд в будущее, которое, как я надеюсь, наступит нескоро.
Скорее всего с другой женщиной Пьетро не решился бы на подобную откровенность после столь краткого знакомства, но мадонна Мария показалась весьма благоразумной особой, такой, которая не может не задумываться о том, а что же будет дальше, и Донелли хотел таким может быть не самым изящным пассажем заверить ее, что она может быть спокойна и за дочь, и за саму себя.

Отредактировано Пьетро Донелли (06-07-2018 12:26:46)

15

Мадонна Мария действительно была очень благоразумной женщиной. Она могла себе это позволить, потому что слишком  мало у нее было чувств и эмоций, которые вечно мешают разуму. Возможно, она слишком недооценивала их роль в жизни других людей, часто недоумевая или даже презирая тех, кто поступает непонятно и под влиянием чего-нибудь, кроме расчета.
- Это будет очень удачный брак, - с осторожной уверенностью заявила Мария. - Ваши рассуждения, мессер Пьетро настолько правдивы, что не могут покоробить.
Что-то такое было в этом мужчине, что давало Марии право надеяться, что они хорошо поладят.
- Моя дочь - очень хорошая девушка. Она очень скромна, поэтому не ждите от нее сейчас яркого согласия. Но тихая радость больше пристала деве. Мазина послушная и верная дочь, а значит, будет и такой же женой.

16

Спокойные рассуждения Марии еще больше понравились Пьетро и подумав про себя, что неплохо было бы, если бы Томмазина характером пошла в мать, он заметил со сдержанным, но при этом явным воодушевлением.
- Нисколько не сомневаюсь в этом, мадонна. Может быть странно, что я упоминаю об этом в разговоре с вами, и все же надеюсь, что вы поймете меня правильно. Вам ведь известно, что я вдовец, не правда ли? Так вот, между мной и моей ныне покойной женой никогда не бушевали страсти, зато всегда царили лад и взаимное уважением. Я прекрасно отдаю отчет в том, что старше мадонны Томмазины, но вижу в этом не разницу в возрасте, а знак того, что сумею проявить достаточно мудрости, чтобы в начале нашей супружеской жизни не ждать чего-то большего, чем приязни. Со временем же, я уверен, придет и любовь. Не переживайте, мадонна Мария, я разумный человек и не требую от важных для меня людей больше того, что они в данный момент готовы мне дать.

Отредактировано Пьетро Донелли (09-07-2018 22:40:34)

17

"Я прекрасно знаю, что такое эта разница в возрасте", - подумала Мария.
В чем-то намечающаяся пара Пьетро и Томмазины напоминала комендантше ее саму с мужем, так что соображения будущего зятя она готова была признать не только разумными, но и вполне реалистичными. Такое начало может перерасти в счастливый брак. Кое-чем Пьетро все-таки отличался от Бартоломео. Марии казалось, что в нем больше честолюбия - качества, которым никогда не был в излишке наделен ее супруг даже когда был моложе, а с годами оно вообще испарилось. Такую разницу Мария была готова только приветствовать.
- Вы очень разумны, Пьетро.
Мария была само радушие и одобрение. Она потрепала будущего зятя по щеке и, притянув его голову к своей груди, запечатлела на его лбу поцелуй.
- Вы станете мне сыном, которого у меня никогда не было.
Ее не смущало, что "сын" был только восемью годами моложе ее.

18

Наверное из всех, присутствующих за столом, одна только Томмазина не догадывалась, с чем пожаловал граф ди Потенца и какую цель преследует Пьетро Донелли. Чиэре было достаточно туманного намека Марии, после чего она весь обед тайно наблюдала за возможным женихом и итогом этих наблюдений стало ее полное одобрение Донелли как будущего мужа Мазины. Тот показался человеком разумным, хотя бы в той мере, чтобы не поднимать скандала из-за того, что невеста оказалась не девицей. Не каждому такое пришлось бы по душе. Если бы Чиэра еще знала о планах Антонио де Гевара сделать мессера Пьетро наследником Бартоломео на посту коменданта, ее одобрение этого брака взлетело бы до самых небес.
Она не пошла провожать гостей и осталась за столом. Теперь объектом ее пристального внимания стала Томмазина и Чиэра пришла неутешительному выводу, что племянница и не подозревает, что только что решалась - а может и решилась - ее судьба.
"Надо бы сказать Марии... Нельзя, чтобы девочка оставалась в неведении. В конце концов, ее это больше всех касается".

Отредактировано Чиэра Кваттроки (11-07-2018 11:57:18)

19

После церемонного прощания с графом де Гевара и его протеже Бартоломео задержался во дворе замка, а Мария вернулась в гостиную, где проходил обед. Разговор с Пьетро вдохновил ее уверенностью, что брак состоится. Так хотел граф, так хотели они с Бартоломео, так хотел и сам жених. Других, чье нежелание могло бы поставить под сомнение супружеский союз, по уверенности Марии, не существовало. Оставалось дело за малым - объявить новость Томмазине.
Мария не сомневалась, что та не будет возражать, и все-таки до объявления новости отцом стоило бы поговорить с ней женщине. И какой бы эмоционально глухой не была комендантша, она понимала, что лучше это сделать не ей, а кому-нибудь другому. Того, чего не хватало ей для любви к мужчине, для душевной близости с подругой или другом, для нежности к дочери, наконец, не хватит ей и сейчас, чтобы повести правильный разговор. Возраст не добавил Марии того, что ей не было дано от рождения, но хотя бы принес понимание, что она чего-то лишена и где это может ей помешать.
Выбора тут большого не было. Если не самой, то придется это сделать Чиэре.
Сестру она нашла в гостиной, правда тут была и Томмазина, но с ней Мария не стала церемониться.
- Мазина, иди в спальню, - без всяких предисловий, как маленькой, объявила она дочери.
Та, кажется, обиделась, но Мария не заметила. Она подождала, когда шаги Мазины затихнут в отдалении, после чего закрыла дверь и села рядом с Чиэрой.
- У меня к тебе важное поручение, - начала она. - Ты ведь догадалась, что этот Пьетро не просто гость? Его брак с Томмазиной благословит сам граф. Он обещал отдать ему комендантство, если с Бартоломео что-нибудь случится. Это очень большая удача. Признаться, обращаясь к его светлости с просьбой похлопотать о замужестве моей дочери я даже не рассчитывала, что все так быстро решится.

20

- Я догадалась, - не стала отпираться Чиэра. - И как раз хотела тебе предложить сделать то же самое. Но если ты считаешь, что лучше поговорить мне...
В словах Чиэры не было упрека, она уже давно привыкла, что подобного рода заботы ложатся именно на ее плечи, и ничего не имела против этого. Ей хотелось быть по-настоящему полезной, а Томмазину она искренне любила.
Может быть будет и правильнее, если с Мазиной поговорит она. У них с племянницей сложились доверительные отношения, она вернее прислушается к словам тетки, чем к словами матери. Во всяком случае, Чиэре хотелось бы в это верить.
- Это будет очень удачная партия, - обрадовалась она, услышав о планах графа ди Потенца, и тихо призналась. - Я  иногда задумывалась, а что будет потом... Хорошо, что все останется на своих местах. Его светлость очень добр к нашей семье.

Отредактировано Чиэра Кваттроки (13-07-2018 12:24:25)


Вы здесь » Яд и кинжал » Regnum terrenum. О tempora! O mores! » Нелегко получать ненужное и терять несбыточное. 10.08.1495. Потенца