Яд и кинжал

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Яд и кинжал » Regnum terrenum. О tempora! O mores! » С широко закрытыми глазами. 30.07.1495. Рим


С широко закрытыми глазами. 30.07.1495. Рим

Сообщений 1 страница 20 из 130

1

Палаццо Санта-Мария-ин-Портико

2

Большую часть сегодняшнего вечера Лукреция следила за Джулией. Чувствовала она себя при этом немного странно, потому что обычным для нее было находиться под опекой возлюбленной отца, а не наоборот. Но слова Чезаре не выходили из головы. До Флавио Кьярамонти ей не было дела: слишком недолгим было их знакомство, и молодой человек еще ни в чем не стал незаменимым, так что Лукреция с одним облегчением увидела, что тот не стал приходить без приглашения. Но ее мучил вопрос: что же Джулия? И она весь вечер наблюдала за ней, то убеждаясь в том, что той безразлично отсутствие Флавио, то беспокоясь, что она как будто постоянно кого-то ждет.
Впрочем, к вечеру ей это порядком надоело, к тому же у Лукреции было на очереди еще одно развлечение, о котором она хотела рассказать Хуану.
Тот разговаривал с Чезаре. По мнению Лукреции, разговор затянулся, и она, подойдя к обоим, взяла Хуана за руку:
- По-моему, вы уже слишком долго разговариваете вдвоем. Теперь моя очередь засыпать Хуана вопросами, - она виновато посмотрела на Чезаре. - Мне очень нужно узнать, что он думает об одном очень важном деле.

3

- Кажется, сладкая, ты заразилась моим безрассудством, - вполголоса произнес Джованни, - и мне это нравится.
Он сжал руку Лукреции, осторожно, чтобы не сделать ей больно, но со сдержанной страстью. Он рассчитывал, что разговор пойдет о скорой ночи, и для себя уже решил - даже если сестре опять покажется, что нужно переждать, на этот раз он не даст себя уговорить. Довольно уже засыпать и просыпаться одному, к тому же еще неизвестно, чем грозит скорый приезд Гонсалеса. Герцогу Гандии как посланнику королей-католиков будет весьма затруднительно придумать достойный повод остаться, если дон Мануэль передаст приказ их величество к возвращению.

Небольшая ниша вполне подходила для приватного разговора, при этом ни у кого из присутствующих не возникло бы ощущение, что собеседники мечтают об уединении.
- Если ты хочешь и сегодня сказаться больной, я согласен, но с одним условием - твоим лекарем буду именно я, - Хуан притянул Лукрецию к себе - он позволял себе это и "раньше", поэтому не отказывал и сейчас. - Учти, сладкая, я приду в любом случае, так что если ты решила отказать мне и сегодня, сразу об этом забудь, я сделаю вид, что не слышал, и тебе придется открыть мне дверь, если только ты не захочешь, чтобы я стуком перебудил весь дом.
Конечно, Джованни шутил, он никогда бы не подверг Лукреции такой опасности, но в том, что его намерения серьезны, сомневаться не приходилось.

4

- Да, я хотела тебе предложить еще пять ночей провести порознь, - поддразнила брата Лукреция.
У нее не было и тени сомнения, что сегодняшней встрече быть. И если она и опасалась всегда, то сегодня меньше всего, потому что долгая разлука слишком просила, чтобы ее прервали.
- Но на самом деле... - она сжала руку брата, чтобы он не думал стать хоть чуть дальше от нее. - Я думаю о том, чтобы хотя бы ненадолго остаться с тобой вдвоем еще до того, как все разойдутся. Я придумала, во что мы будем играть, - она кивнула в сторону гостей, - все будут играть.
У нее было множество идей, даже гораздо больше, чем нужно на ближайшую сотню вечеров, и ей было только жаль, что нельзя воплотить их все сразу.
- Мы выйдем во внутренний дворик. Я завяжу мужчинам глаза, и пусть каждый найдет и поймает хотя бы одну даму. Как тебе кажется, сегодня подходящий вечер для таких игр?

5

- Для таких игр подойдет любой вечер, - разговаривая с Лукрецией, Хуан не мог удержаться и почти в каждую свою фразу вкладывал двойной смысл. - Только, сладкая, я не согласен, чтобы тебя поймал кто-нибудь другой. Ты уже придумала, как сделать так, чтобы этим мужчиной стал я?
В общем-то Джованни в этом и не сомневался и задал вопрос лишь для того, чтобы еще раз услышать "да".
- Очень удачно, что кардинал Сфорца собрался нас покинуть, - он бросил короткий взгляд на гостей.
К этому времени обычно оставались лишь те, кто допущен в узкий круг, куда был вхож и Его преосвященство, поэтому вдвойне хорошо, что именно сегодня он решил уйти пораньше - все-таки он приходился дядей герцогу Пезаро и в отсутствие Джованни Сфорца мог присматривать за его женой.

Его женой... От этой мысли у Хуана стало кисло во рту, потому он постарался выбросить из головы и герцога Пезаро, и всех его родственников. Конечно, оставался еще Диего Кавалларо - посланник Лодовико Моро, но по предположению герцога Гандии тому будет чем - или, если угодно, кем - заняться. Хуан так и не рассказал Лукреции о своих подозрениях о Диего и Санчии, не то, чтобы он свято хранил эту тайну... просто не рассказал и все.

6

Лукреция и в неярком свете ламп увидела, как на лицо Хуана набежала тень, но объяснила ее себе по-своему.
- Конечно, меня поймать сможешь только ты. Я об этом позабочусь. Когда дамы разбегутся в разные стороны, я направлюсь к лестнице, ведущей в мои покои. Думаю, ты не дашь мне далеко уйти, - как будто чтобы подчеркнуть важность сказанного, Лукреция вновь пожала руку Хуана и, не удержавшись, провела мизинцем по его ладони.
От этого мимолетного движения, пробудившего сладкие воспоминания, перехватило дыхание, и Лукреция придвинулась еще ближе, чувствуя так, словно между их бедрами нет никакой ткани.
- Для верности я не буду слишком тщательно завязывать тебе глаза. Возможно, я так же облегчу задачу еще кому-нибудь. Но только не... - она посмотрела на гостей... - не Доминико. Я даже постараюсь отправить его в противоположную сторону.

7

- Мне не нравится, как он на тебя смотрит, - ревниво прошептал Хуан.
Даже зная, что Лукреция выбрала Сантини только как ширму, ему все равно было неприятно, что неаполитанец может подумать, будто у него есть даже призрачный шанс.
- Постарайся сделать так, чтобы у него не было никакой возможности сдвинуть повязку, - добавил он и недобро усмехнулся. - Жаль, только, что этого не могу сделать я сам. У меня очень большой соблазн затянуть ее прямо у него на горле.

Учитывая все обстоятельства, Доминико Сантини должен был бы вызывать у Хуана чувство жалости и, может, некоторого пренебрежения его наивностью - наверное, где-то так оно и было, но сына понтифика донельзя выбешивало то, что в чьем-то воспаленном воображении герцогиня Пезаро проявляет склонность к этому неаполитанцу.

8

- Хуан, пожалуйста... - умоляюще прошептала Лукреция.
Она не могла избавиться от легкого чувства вины, которое испытывала по отношению к Доминико. Много раз повторяя себе, что не сделала ничего, чтобы вызвать особенную симпатию, что он вел себя так сам и с самого начала, что в его поведении можно даже усмотреть дерзость, в которой он сам виноват, герцогиня Пезаро все-таки часто ловила себя на том, что хотела бы избежать двусмысленностей с Доминико, а вырисовывающаяся игра не так уж легка и забавна. Множество женщин, особенно держащих двор, имеют таких преданных поклонников, чье восхищение принимают и которым не собираются уступать, и в том нет ничего особенного. Но она-то рассчитывает на то, что ему припишут гораздо большее! И это чем дальше, тем сильнее тревожило Лукрецию, как бы она ни старалась говорить себе обратное.
- Я не сделала ничего, чтобы ты относился к нему с неприязнью. И не сделаю... А теперь, кажется, пора вернуться ко всем и объявить нашу игру. Пантисилея уже приготовила повязки, и во дворе все устроили.

9

Сегодня миланец пришел. Санчия чувствовала его присутствие так же ясно, как если бы эти слова выжгли каленым железом у нее на спине. Однако, отвечая на его приветствие, она держалась - старалась держаться - так, чтобы не выделить Диего Кавалларо ни холодностью, ни приязнью. Она любезно улыбнулась на его поклон, сказала несколько подобающих случаю слов и спокойно перевела внимание на следующего гостя.
Весь вечер Санчия откровенно кокетничала с другими мужчинами, не забывая о своем статусе, но достаточно вольно - именно эта ее манера в свое время и породила множество слухов, на Диего же она почти не смотрела, разве что украдкой и то лишь тогда, когда тот не должен был заметить ее взгляд.

Вечер как всегда был приятен и, пожалуй, он стал первым, когда ни один из присутствующих не поинтересовался где же принц Сквиллаче, похоже, что отсутствие Джоффре перестало удивлять даже тех, кто не знал о том, что принц и принцесса живут сейчас в разных домах. Постепенно ряды гостей стали рядеть - и это тоже стало традицией, когда прием продолжался, но уже только для тех, кто удостоился особого приглашения герцогини Пезаро.
Разговаривая о Неаполе с Доминико Сантини и одновременно наблюдая за беседующими Хуаном и Лукрецией, Санчия заметила направляющегося к ним кардинала Сфорца. Его преосвященство всегда уходил раньше, но обычно оставался на какое-то время после того, как палаццо покидали не слишком близкие дому гости. По мнению принцессы тем самым Асканио Сфорца подчеркивал свою причастность и при этом не мешал герцогине в ее маленьких шалостях. Сегодня же он препочел покинуть вечер в самом разгаре и почему-то Санчия решила, что он заберет с собой и Диего Кавалларо. От этой мысли она невольно огорчилась, чтобы мгновением позже почувствовать досаду на себя за это огорчение.
Отвечая Доминико немного невпопад, она обежала быстрым взглядом комнату и увидела Диего разговаривающим с придворной дамой Лукреции. Злая на то, что не смогла удержаться, Санчия тут же отвела глаза и полностью сосредоточила свое внимание на Доминико Сантини.

Отредактировано Санчия Арагонская (04-03-2018 08:27:05)

10

Вчера его не было в палаццо Санта-Мария. И да, причиной была принцесса Сквиллаче. Два вечера, проведенные у Лукреции Борджиа после того дня, как они с Санчией, выражаясь куртуазно, заключили договор о холодности и отстраненности, навели Диего на мысль, что его пребывание в Риме все больше похоже только на обязанность, без всякой примеси удовольствия. Он легко вошел в ближайший круг герцогини Пезаро и смог удержаться в нем, несмотря на поочередно сменявшие друг друга ненависть, неприязнь и холодную отстраненность ее невестки. Теперь ему приходилось быть вдвойне осторожным, чтобы не сказать и не сделать ничего такого, что принцесса могла бы расценить как навязчивый намек, и при этом проявлять должную учтивость. "При дворе, где правят женщины, все гораздо сложнее", - признался он самому себе.
Два дня назад Диего получил очередное подтверждение расположения к себе герцогини. Она сказала, что он может приходить каждый день, не дожидаясь приглашения. "Не знаю, смогу ли я решиться на такое", - ответил он ей. Вчера он приглашения не получил, но решил воспользоваться этим обстоятельством и остаться во дворце вице-канцлера, где по-прежнему жил. Правда, на всякий случай сказался больным. Кардинал Сфорца не понял бы обмана, так что пришлось играть роль больного и перед ним, то есть весь вечер просидеть на месте, а не отправиться по Риму в поисках веселого и простого времяпровождения.
Сегодня повторить не удалось: Лукреция прислала ему письмо, где выражала озабоченность его болезнью и надежду, что следующим вечером он появится. Диего, заметивший, что герцогиня всегда трепетно относится к соотношению дам и кавалеров, решил не портить ей вечера. Да и не бегать же теперь? "В конце концов, поручение герцога Милана", - напомнил он себе. - "Да и редко разве ты сталкивался с неприязнью?"
Что и говорить, сталкивался. Но именно эта история почему-то давалась с особенным трудом.

Придя в палаццо, он с удовольствием обнаружил, что его ждали и ему рады. Вдохновившись, Диего окунулся в ритм приятного времяпровождения, стараясь не смотреть на принцессу. Та напропалую кокетничала, и это его радовало. Пусть отвлечется, это пойдем и ему на пользу. Что открытие его неприятно царапнуло, он постарался не заметить.
- Мадонна Адриана, - после нескольких смен собеседников он оказался возле придворной дамы герцогини и с удовольствием возле нее задержался. - Ее светлость наверняка на сегодня опять что-то придумала? Может быть, проявите снисходительность ко мне и хотя бы намекнете, что именно? Я все больше боюсь быть застигнутым врасплох.

11

Последние дни Адрианы были наполнены ожиданием. Хотя она и убеждала себя, что не следует ждать Лодовико раньше августа, все равно каждое утро просыпалась с надеждой. Она не стала более рассеянной в своих обязанностях придворной дамы, но при каждом удобном случае погружалась в мечты о предстоящей встрече и торопила время, чтобы оно бежало быстрее. Вот и сейчас она воспользовалась тем, что герцогиня Пезаро увлечена разговором со старшим братом и, кажется, больше ни на кого не обращает внимания, и села немного в стороне от общего веселья, однако при этом не настолько, чтобы ее уединение показалось вызывающим.

Обращённый к ней вопрос вырвал Риану из грёз, но Диего Кавалларо ей нравился своей ненавязчивой обходительностью и умением чувствовать момент, поэтому она искренне ему улыбнулась и предложила место рядом с собой.
- Мессер Диего, неужели вы так плохо узнали Ее светлость? - с лукавством, в котором совершенно напрасно можно было бы заподозрить кокетство, спросила она. - Герцогиня Пезаро любит сюрпризы и зачастую не делится своими идеями даже со своими придворными дамами. Посмотрите, кажется они с герцогом Гандии что-то придумали, нас же остаётся только запастись терпением. Но чтобы не мучить вас неизвестностью обещаю, если я вдруг узнаю что-нибудь раньше других, обязательно вас предупрежу, только тогда уж и вы сумейте в нужный момент удивиться, иначе очень огорчите мадонну Лукрецию.

Отредактировано Адриана делла Скала (03-03-2018 20:50:29)

12

- Я боюсь, предупреждать уже некогда, - усмехнулся Диего и в поисках подтверждения своим словам повернулся к шепчущимся Хуану и Лукреции. - Одна надежда теперь только суметь не сильно испугаться.
Любой наблюдатель удивился бы ближнему кругу Лукреции Борджиа. Хозяйка была выдумщицей, для которой, кажется, не существовало особенных ограничений. Ее невестка находилась то ли под ее негласным наблюдением, то ли пользовалась ее дружбой, но всегда была рада поддержать во всех шалостях. А вот придворные дамы обеих были совсем другими: осторожная Франческа, каталанка Беренис и миланка Адриана, идеальная вдова и идеальная замужняя матрона. Две вторые настолько были неожиданными в кругу дочери понтифика, что можно было только удивляться. Как ни странно, легче всего Диего чувствовал себя в компании Адрианы. Возможно, потому что они были уроженцами одних мест, и в их отношениях сразу появилось что-то почти родственное. Адриана умудрялась производить впечатление верной замужней матроны и при этом не наводить скуку. "Все, что искренне, не бывает скучным", - философствовал про себя Диего. С ней не был утомительно, потому что можно было чувствовать себя свободно.
- Я вчера вечером получил пространное письмо из Милана. Вы уже знаете о том, что Маттео Сфорца был пойман и доставлен к его светлости? Насколько я знаю, это случилось при участии вашего мужа.

13

Лодовико... При упоминании о муже глаза Адрианы засверкали и она с признательностью за то, что тот не счёл за труд сообщить ей последние новости, посмотрела на Диего.
- Нет, об этом я не слышала. Возможно, Лодовико не писал об этом потому, что в скором времени обещал приехать сам.
Она не смогла, да особо и не пыталась скрыть радостные нотки, хотя в отличие от Катерины Гонзага Риана своей любви к мужу всячески не подчеркивала, но и нисколько ее не стеснялась. С Диего Кавалларо ей было легко, так бывает с человеком, которого знаешь годами, и этому не мешало даже то, что по сути они были знакомы всего ничего.
- Должен был приехать и герцог Пезаро, но его что-то задержало. Может быть он прибудет многим позже, хотя возможно, мессер Диего, вы об этом узнаете одновременно с нами, а, может, и раньше нас.
Хотя Адриана и была уверена, что ее собеседник знает о том, что случилось с Маттео Сфорца, она не стала задавать ему никаких вопросов. Не потому, что не была любопытной по природе, а из-за предположения, что вряд ли рассказ подойдёт для веселого вечера.
Вместо этого она с легким удивлением произнесла:
- Его преосвященство уходит, слишком рано для него. Надеюсь, мессер Диего, это не значит, что и вам придётся нас покинуть.
Но кардинал лишь кивнул издалека, как если бы не ждал Диего в свои спутники.
- Нет, похоже, у вас сегодня есть все шансы испугаться, - Риана негромко засмеялась и показала взглядом на Лукрецию. - Ее светлость точно задумала что-то неординарное и вряд ли я ошибусь, если скажу, что эти шанс выпадет не только вам одному.

Отредактировано Адриана делла Скала (04-03-2018 19:28:44)

14

Как только кардинал Сфорца ушел, Лукреция вышла на середину комнаты, придирчиво осмотрела оставшихся гостей и недовольно покачала головой. Впору было расстроиться, что дядя ее мужа не остался: дам было на одну больше, чем мужчин. Все должно было быть не так, если бы только Флавио был среди приглашенных, но увы, Чезаре убедил ее, что это было бы не разумно. Чем-то, точнее - кем-то, приходилось жертвовать, и этот кто-то был не ее отец и не его любовница.
Лукреция дала Пантисилеи знак, и та подала ей несколько кусков шёлка тонкой работы. Маленький намек на богатство герцогини Пезаро, которая может себе позволить извести дорогую ткань на забаву.
- Сегодня мы узнаем, насколько у нас ловкие мужчины, - возвестила Лукреция, начиная рассказ о том, что же всех ждет дальше.
Правила были просты. Всем мужчинам завязывают глаза, после чего они должны поймать дам. Игра должна была начаться в патио палаццо...
- А закончится она там, куда уведут вас желания дам спрятаться и... мужская настойчивость. Не надейтесь, что будет легко, я сама завяжу всем глаза.

15

Как и всегда Беренис, постаралась быть незаметной, нелюбовь к ней герцогини Пезаро, хоть не проявляемая явно, вряд ли осталась тайной для окружающих. Беренис уже перестала спрашивать себя, чем же она пришлась не ко двору, другого кроме того, что ее навязали в свиту, она не находила, и предпочла принять это за истину. Приятнее думать, что причина не в ей, а в ситуации - даже самому скромному человеку нельзя отказывать в самолюбии.
Она безропотно несла свою службу и ни за что бы не призналась ни довольному тем, как все устроилось, брату, ни гордой успехом невестки свекрови, что жалеет о том дне, когда переступила порог Санта-Мария-ин-Портико.
Из всех дам, наверное, ей по характеру была ближе всех Адриана делла Скала, только та не нуждалась в подруге, а навязываться Беренис не привыкла. Возможно, кто-то из появляющихся в палаццо мужчин и бросал на Беренис заинтересованный взгляд, но быстро отступал при виде полного равнодушия каталанки к красивым фразам. Пожалуй, свободнее всего она чувствовала себя с кузеном Борджиа доном Мигелем - тот никогда не говорил фривольных комплиментов и всегда разговаривал уважительно. Беренис знала, что дона Мигеля многие боялись, что до неё - то редко кто держался с ней с такой деликатностью. Может именно поэтому ей казалось, что гораздо интереснее проходили именно те вечера, когда начальнику стражи кардинала Валенсийского удавалось найти время и прийти на прием к кузине.
Конечно, она не навязывала ему своего общества, но искренне радовалась, если он сам к ней подходил.

К полетам фантазии герцогини Пезаро Беренис считала, что почти привыкла, но объявление о том, каким будет новое развлечение - развлечение на самой грани, заставило ее еле слышно ахнуть. Мужчины с завязанными глазами будут охотиться за дамами, и как, интересно, каждый из них должен потом догадаться, какая дама попалась в сети? Ответа другого и быть не могло - если нет возможности увидеть, остаётся только ощутить. Чувствуя подступающую к горлу панику Беренис быстро пересчитала оставшихся в комнате гостей и с облегчением поняла, что дам - на одну больше. Может и не будет ничего плохого, если она обратит на это внимание мадонны Лукреции и предложит себя в качестве той, кто останется вне игры.

Беренис уже встала со стула, но тут же медленно опустилась обратно. Что, если эта ее просьба лишь раззадорит герцогиню? При своей холодности к придворной даме она может и не согласиться, и Беренис лишь только усугубит неприязнь Ее светлости.

Отредактировано Беренис Гарсиа (05-03-2018 21:44:43)

16

Дон Мигел и так бы приходил на вечера к Лукреции, хотя она, пожалуй, и обиделась бы, узнав, что на многие ее развлечения он смотрит подсмеиваясь и с оттенком снисхождения. Но для нее в этом на самом деле не было бы ничего обидного: Микелотто нравился уютный и в чем-то наивный мир Санта-Мария-ин-Портико, где все украшено цветами, наполнено женским смехом и непринужденной радостью, куда можно было с удовольствием нырнуть, оставив на берегу интриги Апостольского дворца и грязные сцены подвальных тюрем.
Но в последнее время палаццо стал для него особенно притягательным, потому что здесь он мог видеть Беренис. Сначала она нравилась ему, потому что все в ней напоминало об Испании, которую она покинула совсем недавно. Для Микелотто же родина, которую он оставил не то чтобы ребенком, уже стала подергиваться налетом сказочности. Он смотрел на мантилью - неизменный атрибут прически доньи Беренис - будившую в нем полузабытые, давние воспоминания, тягуче-сладкие и от того особенно приятные. Потом он заметил легкую неприязнь к ней Лукреции, и в нем пробудилось сначала неосознанное стремление защитить каталанку, хотя и было не очень понятно, как. Одно дело, если бы обидчиком был мужчина, а тут женщина, да еще и кузина Лукреция. К герцогине Микелотто относился по-родственному, но считал несколько капризной и избалованной. Беренис не стала героиней грез, потому что он не избегал разговоров с ней, не превратилась в отвлеченный образ, но ей этого и не надо было. Ее сдержанность и строгость были не надуманными, не игрой и не данью чужому мнению, а настоящими, что совершенно покорило дона Мигела, которому нравилось отдыхать среди веселого легкомыслия прочих дам, оставлявшего его равнодушным.
Он смотрел на донью Беренис, внутренне опасаясь, что она подпадет под влияние палаццо и станет такой же, и неосознанно радуясь тому, что этого не происходит.

Микелотто сразу понял, кому очередная идея Лукреции придется не по вкусу, и, посмотрев на Беренис, понял, что оказался прав.
- Донья Беренис, - шепнул он ей, мгновенно оказываясь за ее спиной, - вы не будете возражать, если вас найду я?

17

От неожиданности Беренис вздрогнула - на миг ей показалось, что дон Мигел непостижимым образом прочитал ее мысли, затем она удивилась, решив, что тот с удовольствием поддерживает придуманную герцогиней Пезаро игру и готов принять в забаве живейшее участие, но затем почти сразу поняла, что для проницательного человека - а к таким Беренис уверенно причисляла и Микелотто, не составило бы труда догадаться о том, что для его соотечественницы подобные развлечения уже не на грани, а за гранью, что для Беренис Гарсиа невыносимо думать о касающихся ее чужих руках, и он, без громких слов и самовосхвалений, просто пришел к ней на помощь.

Именно поэтому она обернулась и безо всяких намеков на кокетство и тем более нечто большее с признательностью произнесла:
- Я не буду возражать, дон Мигел.
Беренис не стала спрашивать, как он это устроит, мужчина, особенно такой как капитан, способен решать проблемы и не стоит сбивать его вопросами. Она лишь взглянула Микелотто в глаза и еле слышно сказала:
- Спасибо.

Отредактировано Беренис Гарсиа (07-03-2018 09:41:26)

18

Отсутствие Флавио не только расстроило, но и озадачило Джулию. За несколько дней она успела уже к нему привыкнуть. Ей нравились его шутки, его умение слушать и отсутствие всякой боязни проводить время возле нее. Обычно мужчины предпочитали восхищаться издали, и Джулия всегда во время самых веселых и непринужденных праздников чувствовала себя как будто окруженной стеной легкого тумана, не скрывающего всех от нее, но никого не подпускающего близко, и это чувство не приносило ей удовольствия, даже наоборот. Флавио стал тем, кто был рядом. Он позволял себе, возможно, чуть больше, чем было правильно, и Джулия не могла не видеть, что за легким флиртом готовящаяся вспыхнуть страсть, но решила про себя, что не даст ей развиться и уж точно ни за что не будет отвечать.
Возможно, это было одним из самых распространенных заблуждений, но никому уже не было суждено этого узнать доподлинно.
Не увидев Флавио, Джулия поняла, что никак не может задать прямой вопрос Лукреции, и это несмотря на то, что о любом другом она бы могла спросить свободно. Герцогиня Пезаро, впрочем, сама уже к концу вечера сообщила, что Флавио вряд ли когда-нибудь появится. Джулия могла поклясться, что ее названная сестра смотрит на нее как-то по-особенному, и постаралась сделать вид, что отсутствие неаполитанца едва ли заметила.
Теперь Джулия с грустью видела, что в кружке Лукреции слишком много дам.
- Интересная игра, Лукреция. Но я уверена, что все не так и просто, и что нас всех, конечно, ждет какой-нибудь подвох.

19

Доминико вел ненавязчивую беседу с принцессой Сквиллаче. Несмотря на высокое положение его собеседницы это оказалось легко - для этого только и требовалось, что говорить о Неаполе, по которому Санчия Арагонская откровенно скучала, и вспоминать проделки ее брата, младшего Альфонсо, хотя далеко не каждый раз безобидные и не всегда подходящие для женских ушей, зато его рассказы о них вызывали заразительный смех Ее светлости, а значит дело того стоило. Доминико хватало ума, чтобы, разговаривая с одной женщиной, не смотреть постоянно на другую, а вот с выдержкой у него оказалось все не так уж и хорошо. Он вроде бы и не смотрел, но при этом не выпускал из поля зрения герцогиню Пезаро, пусть даже разглядеть выражение ее лица в силу этих обстоятельство ему было и затруднительно, но где она сейчас и с кем разговаривает Доминико знал всегда.

Когда Лукреция вышла на середину комнаты и объявила о новой игре, Доминико едва не рухнул со стула - он совсем еще недавно стал вхож в узкий круг и не предполагал, насколько вольны здесь нравы. Но это не стало главным, что вызвало потрясение - показалось или нет, но герцогиня Пезаро задержала на нем взгляд немного дольше, чем на остальных своих гостях, и эту малость Доминико был готов расценить как намек. Конечно, не имея на то веских причин, он не стал бы делать ничего из того, что могло бы вызвать возмущение Лукреции Борджиа или негодование ее братьев, но попробовать-то он мог. И жмурки - очень удобный повод для этого.

Отредактировано Доминико Сантини (09-03-2018 17:04:04)

20

- Я знала, что вы удивитесь, и была уверена, что обрадуетесь.
Лукреция не столько говорила о том, что все думают, сколько о том, что, по ее мнению, всем следовало бы показывать. Она видела растерянность Беренис, легкое замешательство Адрианы и удивление Доминико. И в том, и в другом, и в третьем, была своя прелесть. А кому интересно, если все рады и только? Ни одна пикантность не имеет и сотой части вкуса, если никого не смутила.
- Мессер Доминико, пожалуйста, проводите нас всех в патио, - Лукреция протянула руки и улыбнулась так, чтобы Сантини понял: она смотрела на него не случайно. - Вы же согласитесь быть первым храбрецом, который позволит завязать себе глаза?


Вы здесь » Яд и кинжал » Regnum terrenum. О tempora! O mores! » С широко закрытыми глазами. 30.07.1495. Рим