Яд и кинжал

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Яд и кинжал » Via Appia » Кто ни о чем не спрашивает,тот ничему не научится.Май 1493.Монтевеккьо


Кто ни о чем не спрашивает,тот ничему не научится.Май 1493.Монтевеккьо

Сообщений 1 страница 8 из 8

1


Ракела - 41 год
Росина Бьяджи - 21 год


Отредактировано Росина Бьяджи (08-09-2017 11:34:16)

2

Уже несколько месяцев, как положение Росины перестало быть тайной для любого. Может быть кто-то втихомолку и посмеивался, что один брат покрывает грешки другого, но вслух о том никто не говорил. Кому охота нажить себе врага в лице графа да Монтеведжо? К тому же относительные приличия были соблюдены, а графиня... А графиня кроме себя и своего обожаемого Оттавиано никого и ничего не замечала.

Монна Джулия могла быть довольна - положение дочери, а, значит, и ее, упрочилось. Осталось только дождаться рождения ребенка, а пока просто молиться, чтобы родился мальчик.
Росина же не была так в себе уверена. Она все чаще просыпалась ночами в слезах, а то и днем впадала в отчаяние. Не подверженная обычно смене настроения, сейчас она могла заплакать от любой мелочи, и это состояние нервозности угнетало ее сильнее, чем необходимость постоянно расшивать себе платья. Ей становилось немного легче после разговоров с Ракелой, но она боялась слишком часто навещать травницу - людям немного надо, чтобы навоображать себе всякого, а тут и придумывать было необязательно, все - чистая правда. Лишь благодаря помощи знахарки Росине удалось получить графа в свою постель, следуя ее советам удалось его и удержать. К тому же путь до домика Ракелы не был уже таким легким - последние недели у Росины стали отекать ноги, а живот казался таким огромные, словно ей рожать не через месяц, а со дня на день.

Теперь Росина больше времени проводила в своей комнате, Оттавиано строго-настрого запретил ей бегать по лестницам замка, так что времени для размышлений было предостаточно.

Скинув с себя все и оставшись в одной рубашке, Росина провела руками вверх по телу, коснулась живота, старательно огибая ставшую слишком чувствительно грудь, дотронулась до шеи. Зеркала у нее не было, но в солнечный день ей хватило и собственной тени.
- Я похожа на объевшегося хряка. Потому-то он и не приходит, - прошептала грустно и вздохнула, пытаясь вспомнить, когда же она в последний раз разговаривала с Оттавиано.
По всему выходило, что прошло уже дней десять, если не больше, а по-настоящему близки они были еще зимой. Что, если после рождения ребенка она больше не будет ему нужна? Получив долгожданного наследника, граф может больше не захотеть его мать. Мало ли таких случаев?

Отредактировано Росина Бьяджи (08-09-2017 12:06:07)

3

Всю первую половину беременности Росины мона Джулия смотрела на всех победительницей. Ее дочь должна была стать матерью будущего графа, и граф нынешний обещал его признать! Он окружил вниманием Росину, беспокоился о ней и - что было важнее всего остального - не забыл дорогу в ее спальню. В своих мыслях старая матрона видела дочь (и себя) уже осыпанной дарами и деньгами (большими), и тот факт, что владелец Монтевеккьо не был богачом, ее не смущал. Какие преграды могут быть у иллюзий, пусть даже они принадлежат бывшей экономке замка, которая, кажется, должна была знать положение дел и количество денег?
Но с исходом зимы в душе моны Джулии стало поменьше оптимизма и больше мрачных предчувствий. Оттавиано, кажется, охладел к ее дочери. Долгое время она, не желая расставаться с мечтами, придумывала тому оправдания, но теперь, когда уже и весна подходила к концу, а все становилось не лучше, а хуже, мона Джулия забеспокоилась.
Улучив время, она направилась к дочери, и, войдя, застала ту за разглядыванием собственной тени на стене. Мона Джулия не была слишком умна, зато весьма догадлива.
- Тебе не нравится, как ты выглядишь? - резко спросила она и, захлопнув за собой дверь, уселась на постель.

4

Между матерью и дочерью часто случались размолвки и временами монна Джулия очень раздражала Росину, но сейчас она была бы признательна за любое участие. Она намеренно не заметила резкости тона и коротко вздохнула:
- Да. Мой живот стал размером с винную бочку.
Росина была искренна в своем заблуждении. Конечно, она видела других беременных женщин, но со стороны все смотрелось иначе, себя же она толком рассмотреть не могла и верила несколько искажающей действительность тени. Тем более, что и наощупь она казалась себе куда более объемной, чем это было на самом деле.
- Оттавиано не приходит ко мне, мама, и глядя на себя, я не могу его за это осудить.
Конечно, если сравнивать неповоротливую любовницу и грациозную графиню да Монтеведжо, какой еще может быть выбор.
- Я боюсь, что теперь буду ему не нужна. И зачем? У него есть его ненаглядная Кати, а скоро будет и мой ребенок. К чему ему я?
Росина едва не плакала, но, уничижая себя, в глубине души надеялась, что сейчас мать ее разубедит. Ей и нужно-то было лишь немного сочувствия. Ровно столько, чтобы себя успокоить и положиться на волю Господа.

Отредактировано Росина Бьяджи (10-09-2017 16:00:53)

5

Мадонна Джулия хуже всего подходила на роль утешительницы. Такой она могла бы выступить только для совсем маленького ребенка, чьих страхи и волнения для взрослого наивны и просты. Пугливая и недовольная тем, как сложилась ее жизнь, она во всем видела знаки того, что в будущем все будет еще хуже, легко поддавалась панике и считала, что весь мир против ее счастья, и каждый, кто рядом, виноват в том.
Вот и теперь она "услышала" волнение дочери, безоговорочно поверила всем ее страхам и сразу же уверилась в том, что луч надежды, мелькнувший для нее и Росины, был всего лишь обманной радостью перед очередной пучиной страданий.
- Не приходит? Я так и знала...
Мадонна Джулия тяжело опустилась на кровать, и лицо ее приняло обиженно-плаксивое выражение.
- Я знаю, чем мы обязаны отцу его светлости и самому ему, - с обычным унынием, грозящим перейти в слезы, завела она любимую свою тему, - но Оттавиано не больше чем мужчина. Ему нужно развлечение, а обретя его, он быстро забывает женщину. Да и разве кто сравнится с графиней в изяществе.
Джулия осмотрела фигуру дочери и поджала губы, как обвинитель. Как будто была вина Росины в том, что нельзя быть беременной и изящной одновременно.
- Я так и знала. Я всегда знала, что ничего хорошего не получится.

6

Это было бы смешно, если бы так не хотелось плакать, и чтобы сдержать смех сквозь слезы, Росина смяла в кулаке подол сорочки. В самом деле, с чего она вдруг решила, что ее мать сможет стать для нее поддержкой. Даже если очень хорошо покопаться в памяти, то и не вспомнить, чтобы в сложные моменты монна Джулия вела себя иначе. При равных долях черного и белого она в первую очередь замечала черное, при этом во всех злосчастиях винила всегда других и никогда себя. Больше всех других доставалось, разумеется, Росине. Бывшая экономка стала терпимей к дочери лишь на то короткое время, когда та сумела завлечь графа, а теперь, кажется, вновь готова свалить на Росину вину за все неудачи.
- Спасибо, что утешила, мама, - с иронией произнесла Росина и приложила руку к животу, туда, где вдруг разыгрался их с Оттавиано ребенок. - Я надеялась услышать от тебя какой-нибудь совет, но вижу, что кроме стенаний мне ничего не дождаться. Хотя я же забыла, ты же с самого начала не ждала от этого ничего хорошего, - злая ирония перешла в сарказм. - Конечно же, это я же сама все придумала, а ты не намекала мне прямее некуда на то, чтобы я предложила себя его светлости.
Росина не кричала, она шипела как кошка и, наверное, никогда еще не говорила с матерью в таком тоне, зато, сорвавшись и может быть наговорив лишнего, она внезапно успокоилась. Теперь она знала, что нужно делать.
В некотором роде мона Джулия и в самом деле помогла своей дочери. Только не так, как от нее того ждали.

Отредактировано Росина Бьяджи (12-09-2017 19:37:19)

7

- Совет? Ты ждала от меня совета? Ты никогда меня не слушаешь!
Джулия давно уже поменялась местами с Росиной, хотя ни сама она, ни ее дочь, похоже, этого не заметили. Уже много лет настроение матери зависело от того, каким оно было у дочери, как будто мадонна Джулия стала вдруг ребенком Росины, и при этом довольно маленьким. Разочарования Росины много лет служили источником дурного самочувствия, жалоб на жизнь и плохое настроение Джулии, а все время ее недолго уверенности в себе и своем положении ее мать была полна оптимизма и веры в будущее. Теперь же, стоило Росине впасть в уныние, как мадонна Джулия тут же стала плаксивой, капризной, недоброй и несправедливой.
- Разве не я тебе говорила, чтобы ты не была слишком уж предупредительна к графу? Что нельзя мужчине давать полную власть над собой? Что надо больше требовать и меньше разрешать? А ты и рада была ему свой живот предоставить. Сначала он на нем лежал, теперь этот вот толкается... Вот и смотри на него теперь грустной лошадью, может, лучше станет.

8

- Мама, ты хотя бы иногда понимаешь, что ты говоришь?
Росина сдерживалась изо всех сил, только сил этих почти не осталось. Мона Джулия выбрала крайне неудачный день для своих упреков, по правде говоря, почтенная матрона вообще не обладала чуткостью момента и к этому пора бы было привыкнуть, вот только почему-то не привыкалось.
- Я буду очень тебе благодарна, если ты вернёшься в свою комнату. У меня хватает своих тревог, к тому же я ношу будущего графа да Монтеведжо, и было бы неплохо, если бы ты это запомнила.
Пожалуй, никогда раньше Росина не говорила с матерью настолько жестко; случалось, что они ругались, но, как правило, первой уступала дочь.
- Я не намерена разделять с тобой твои беспокойства ни сейчас, ни впредь, а сейчас попрошу оставить меня одну.


Вы здесь » Яд и кинжал » Via Appia » Кто ни о чем не спрашивает,тот ничему не научится.Май 1493.Монтевеккьо