Яд и кинжал

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Яд и кинжал » Via Appia » Кто ни о чем не спрашивает,тот ничему не научится.Май 1493.Монтевеккьо


Кто ни о чем не спрашивает,тот ничему не научится.Май 1493.Монтевеккьо

Сообщений 1 страница 20 из 39

1


Оттавиано да Монтеведжо - 34 года
Ракела - 41 год
Росина Бьяджи - 21 год


Отредактировано Росина Бьяджи (23-10-2017 19:19:20)

2

Уже несколько месяцев, как положение Росины перестало быть тайной для любого. Может быть кто-то втихомолку и посмеивался, что один брат покрывает грешки другого, но вслух о том никто не говорил. Кому охота нажить себе врага в лице графа да Монтеведжо? К тому же относительные приличия были соблюдены, а графиня... А графиня кроме себя и своего обожаемого Оттавиано никого и ничего не замечала.

Монна Джулия могла быть довольна - положение дочери, а, значит, и ее, упрочилось. Осталось только дождаться рождения ребенка, а пока просто молиться, чтобы родился мальчик.
Росина же не была так в себе уверена. Она все чаще просыпалась ночами в слезах, а то и днем впадала в отчаяние. Не подверженная обычно смене настроения, сейчас она могла заплакать от любой мелочи, и это состояние нервозности угнетало ее сильнее, чем необходимость постоянно расшивать себе платья. Ей становилось немного легче после разговоров с Ракелой, но она боялась слишком часто навещать травницу - людям немного надо, чтобы навоображать себе всякого, а тут и придумывать было необязательно, все - чистая правда. Лишь благодаря помощи знахарки Росине удалось получить графа в свою постель, следуя ее советам удалось его и удержать. К тому же путь до домика Ракелы не был уже таким легким - последние недели у Росины стали отекать ноги, а живот казался таким огромные, словно ей рожать не через месяц, а со дня на день.

Теперь Росина больше времени проводила в своей комнате, Оттавиано строго-настрого запретил ей бегать по лестницам замка, так что времени для размышлений было предостаточно.

Скинув с себя все и оставшись в одной рубашке, Росина провела руками вверх по телу, коснулась живота, старательно огибая ставшую слишком чувствительно грудь, дотронулась до шеи. Зеркала у нее не было, но в солнечный день ей хватило и собственной тени.
- Я похожа на объевшегося хряка. Потому-то он и не приходит, - прошептала грустно и вздохнула, пытаясь вспомнить, когда же она в последний раз разговаривала с Оттавиано.
По всему выходило, что прошло уже дней десять, если не больше, а по-настоящему близки они были еще зимой. Что, если после рождения ребенка она больше не будет ему нужна? Получив долгожданного наследника, граф может больше не захотеть его мать. Мало ли таких случаев?

Отредактировано Росина Бьяджи (08-09-2017 12:06:07)

3

Всю первую половину беременности Росины мона Джулия смотрела на всех победительницей. Ее дочь должна была стать матерью будущего графа, и граф нынешний обещал его признать! Он окружил вниманием Росину, беспокоился о ней и - что было важнее всего остального - не забыл дорогу в ее спальню. В своих мыслях старая матрона видела дочь (и себя) уже осыпанной дарами и деньгами (большими), и тот факт, что владелец Монтевеккьо не был богачом, ее не смущал. Какие преграды могут быть у иллюзий, пусть даже они принадлежат бывшей экономке замка, которая, кажется, должна была знать положение дел и количество денег?
Но с исходом зимы в душе моны Джулии стало поменьше оптимизма и больше мрачных предчувствий. Оттавиано, кажется, охладел к ее дочери. Долгое время она, не желая расставаться с мечтами, придумывала тому оправдания, но теперь, когда уже и весна подходила к концу, а все становилось не лучше, а хуже, мона Джулия забеспокоилась.
Улучив время, она направилась к дочери, и, войдя, застала ту за разглядыванием собственной тени на стене. Мона Джулия не была слишком умна, зато весьма догадлива.
- Тебе не нравится, как ты выглядишь? - резко спросила она и, захлопнув за собой дверь, уселась на постель.

4

Между матерью и дочерью часто случались размолвки и временами монна Джулия очень раздражала Росину, но сейчас она была бы признательна за любое участие. Она намеренно не заметила резкости тона и коротко вздохнула:
- Да. Мой живот стал размером с винную бочку.
Росина была искренна в своем заблуждении. Конечно, она видела других беременных женщин, но со стороны все смотрелось иначе, себя же она толком рассмотреть не могла и верила несколько искажающей действительность тени. Тем более, что и наощупь она казалась себе куда более объемной, чем это было на самом деле.
- Оттавиано не приходит ко мне, мама, и глядя на себя, я не могу его за это осудить.
Конечно, если сравнивать неповоротливую любовницу и грациозную графиню да Монтеведжо, какой еще может быть выбор.
- Я боюсь, что теперь буду ему не нужна. И зачем? У него есть его ненаглядная Кати, а скоро будет и мой ребенок. К чему ему я?
Росина едва не плакала, но, уничижая себя, в глубине души надеялась, что сейчас мать ее разубедит. Ей и нужно-то было лишь немного сочувствия. Ровно столько, чтобы себя успокоить и положиться на волю Господа.

Отредактировано Росина Бьяджи (10-09-2017 16:00:53)

5

Мадонна Джулия хуже всего подходила на роль утешительницы. Такой она могла бы выступить только для совсем маленького ребенка, чьих страхи и волнения для взрослого наивны и просты. Пугливая и недовольная тем, как сложилась ее жизнь, она во всем видела знаки того, что в будущем все будет еще хуже, легко поддавалась панике и считала, что весь мир против ее счастья, и каждый, кто рядом, виноват в том.
Вот и теперь она "услышала" волнение дочери, безоговорочно поверила всем ее страхам и сразу же уверилась в том, что луч надежды, мелькнувший для нее и Росины, был всего лишь обманной радостью перед очередной пучиной страданий.
- Не приходит? Я так и знала...
Мадонна Джулия тяжело опустилась на кровать, и лицо ее приняло обиженно-плаксивое выражение.
- Я знаю, чем мы обязаны отцу его светлости и самому ему, - с обычным унынием, грозящим перейти в слезы, завела она любимую свою тему, - но Оттавиано не больше чем мужчина. Ему нужно развлечение, а обретя его, он быстро забывает женщину. Да и разве кто сравнится с графиней в изяществе.
Джулия осмотрела фигуру дочери и поджала губы, как обвинитель. Как будто была вина Росины в том, что нельзя быть беременной и изящной одновременно.
- Я так и знала. Я всегда знала, что ничего хорошего не получится.

6

Это было бы смешно, если бы так не хотелось плакать, и чтобы сдержать смех сквозь слезы, Росина смяла в кулаке подол сорочки. В самом деле, с чего она вдруг решила, что ее мать сможет стать для нее поддержкой. Даже если очень хорошо покопаться в памяти, то и не вспомнить, чтобы в сложные моменты монна Джулия вела себя иначе. При равных долях черного и белого она в первую очередь замечала черное, при этом во всех злосчастиях винила всегда других и никогда себя. Больше всех других доставалось, разумеется, Росине. Бывшая экономка стала терпимей к дочери лишь на то короткое время, когда та сумела завлечь графа, а теперь, кажется, вновь готова свалить на Росину вину за все неудачи.
- Спасибо, что утешила, мама, - с иронией произнесла Росина и приложила руку к животу, туда, где вдруг разыгрался их с Оттавиано ребенок. - Я надеялась услышать от тебя какой-нибудь совет, но вижу, что кроме стенаний мне ничего не дождаться. Хотя я же забыла, ты же с самого начала не ждала от этого ничего хорошего, - злая ирония перешла в сарказм. - Конечно же, это я же сама все придумала, а ты не намекала мне прямее некуда на то, чтобы я предложила себя его светлости.
Росина не кричала, она шипела как кошка и, наверное, никогда еще не говорила с матерью в таком тоне, зато, сорвавшись и может быть наговорив лишнего, она внезапно успокоилась. Теперь она знала, что нужно делать.
В некотором роде мона Джулия и в самом деле помогла своей дочери. Только не так, как от нее того ждали.

Отредактировано Росина Бьяджи (12-09-2017 19:37:19)

7

- Совет? Ты ждала от меня совета? Ты никогда меня не слушаешь!
Джулия давно уже поменялась местами с Росиной, хотя ни сама она, ни ее дочь, похоже, этого не заметили. Уже много лет настроение матери зависело от того, каким оно было у дочери, как будто мадонна Джулия стала вдруг ребенком Росины, и при этом довольно маленьким. Разочарования Росины много лет служили источником дурного самочувствия, жалоб на жизнь и плохое настроение Джулии, а все время ее недолго уверенности в себе и своем положении ее мать была полна оптимизма и веры в будущее. Теперь же, стоило Росине впасть в уныние, как мадонна Джулия тут же стала плаксивой, капризной, недоброй и несправедливой.
- Разве не я тебе говорила, чтобы ты не была слишком уж предупредительна к графу? Что нельзя мужчине давать полную власть над собой? Что надо больше требовать и меньше разрешать? А ты и рада была ему свой живот предоставить. Сначала он на нем лежал, теперь этот вот толкается... Вот и смотри на него теперь грустной лошадью, может, лучше станет.

8

- Мама, ты хотя бы иногда понимаешь, что ты говоришь?
Росина сдерживалась изо всех сил, только сил этих почти не осталось. Мона Джулия выбрала крайне неудачный день для своих упреков, по правде говоря, почтенная матрона вообще не обладала чуткостью момента и к этому пора бы было привыкнуть, вот только почему-то не привыкалось.
- Я буду очень тебе благодарна, если ты вернёшься в свою комнату. У меня хватает своих тревог, к тому же я ношу будущего графа да Монтеведжо, и было бы неплохо, если бы ты это запомнила.
Пожалуй, никогда раньше Росина не говорила с матерью настолько жестко; случалось, что они ругались, но, как правило, первой уступала дочь.
- Я не намерена разделять с тобой твои беспокойства ни сейчас, ни впредь, а сейчас попрошу оставить меня одну.

9

- В кого ты только такой грубиянкой уродилась? - плаксиво вопросила мона Джулия, всплескивая руками.
Она была возмущена невежливостью дочери, но все-таки чуточку трусила. Это раньше дочь можно было доводить жалобами и стенаниями так долго, как только хотелось. Теперь старая матрона побаивалась перегнуть палку, помня, что Росина беременна.
- Да я и уйду с удовольствием.
Это было правдой, Джулия не хотела утешать, а если нельзя ругать, то о чем разговаривать с дочерью?
- Ты всегда сначала спрашиваешь, а ответы выслушивать не любишь. Надеюсь, пока меня нет, ты поймешь, в чем не права и в чем права я.
Поднявшись, мадонна Джулия гордо тряхнула головой, демонстрируя умеренную степень недовольства и неодобрения, и вышла из комнаты.

10

- Я неправа в том, что надеялась найти у тебя поддержку, - произнесла вслед матери Росина, при этом сначала она дождалась, чтобы за монной Джулией закрылась дверь - что толку продолжать бессмысленный разговор?
Ее мать все равно слышит и жалеет только себя, проблемы же всех остальных кажутся ей несущественными. Даже сейчас она беспокоится исключительно о том, чтобы обвинить в неудаче Росину, и уж совсем не собирается стать беременной дочери опорой.
- Но я знаю, куда мне пойти.
Росина сдернула с покрывала недавно скинутое ею платье. Она по-прежнему предпочитала одеваться сама, по возможности не прибегая к помощи служанок. Чаще всего ей помогала монна Джулия, но сегодня Росина скорее вышла бы из комнаты раздетой, чем вновь обратилась бы к матери.
Свободный покрой уже не мог скрыть расплывшуюся фигуру и Росина вновь тяжело вздохнула - она казалась себе толстой и уродливой, потому по-настоящему не могла злиться на Оттавиано за то, что тот не приходит. Обижалась, конечно, но не злилась.

Осторожно спустившись по лестнице, она отправилась прямиком на кухню и попросила кухарку собрать ей небольшую корзину со снедью. Росине уже стало сложно переносить тяжести, однако прийти после долгого отсутствия с пустыми руками она тоже не могла. В последний раз она навещала Ракелу полтора месяца назад и, не решаясь на расспросы, теперь надеялась, что травница по-прежнему у себя дома, а не отправилась в одно из своих путешествий.

Отредактировано Росина Бьяджи (23-09-2017 16:28:07)

11

Давно, уже целых полтора месяца Ракела хотела уйти. В обычное время, как только робкое цветение и нежная зелень марта сменились буйством апрельского лугового многоцветья, травницу потянула дорога. Не только причина, но и повод был - через Монтевеккьо проходили бродячие артисты.
Но в этот раз Ракела, хоть и было ей тоскливо, смирила жажду кочевой жизни и осталась в деревне. И причиной того была беременность Росины. Чувствовала, что понадобится еще, да и надо было знать, как все разрешится, а потом, может, и молодой матери помочь. Младенцы крикливы, а у Ракелы всегда был дар успокаивать их, избавлять от недугов, о которых они забывают к тому моменту, когда могут говорить и объяснять. Ниточка, протянувшаяся между любовницей графа и травницей Ракелой, была тонкой, но прочной, и вторую не только радовала подарками, но и тревожила. Как бы ни случилось чего, что заставит мадонну Росину разоткровенничаться. Как бы не вздумала та больше бояться свою помощницу, чем благодарить, и не захотела избавиться от свидетельницы-колдуньи. Тогда точно придется не просто уходить - сбегать.
Росина давно не приходила, и это больше радовало. Значит, все в порядке.
У Ракелы тоже жизнь шла своим чередом. Травы собирала, детей соседских от золотухи лечила, за огородом смотрела.
Теперь как раз собиралась пойти к роднику, да задержалась, а открыв дверь, увидела приближающуюся Росину. В руке та несла небольшую корзину, и Ракела неодобрительно покачала головой.
- Что же вы, мадонна, - почтительно "поругала" она Росину, забирая у нее ношу. - Вам живот надо носить только.

12

Росина с облегчением передала Ракеле свою ношу, в начале пути легкая, с каждым шагом корзина становилась все тяжелей, а к завершению пути казалась почти неподъемной. В укоре Ракелы она услышала ту заботу, которую тщетно пыталась найти у мадонны Джулии, и едва не расплакалась от накатившего чувства безысходности. Она до сих пор не могла понять, вот как так получается, что с чужой в общем-то женщиной ей гораздо комфортнее и спокойнее, чем с собственной матерью.
Слезы уже жгли глаза, но Росина сумела грустно улыбнуться:
- Мне не хотелось приходить с пустыми руками.
Освободившимися руками она обхватила живот. Кажется, он стал ещё огромнее.
- Ты собиралась куда-то пойти? Давай я прогуляюсь с тобой, я уже не могу находиться в четырех стенах.
Последняя фраза прозвучала сдержанно, но в ней явственно слышался надрыв - Росина и на самом деле была уже на самой грани, а разговор с мадонной Джулией только усилил ее беспокойство.

Отредактировано Росина Бьяджи (29-09-2017 18:28:19)

13

- Конечно, мадонна, - почтительно кивнула Ракела.
Она забрала корзину и, поставив ту на землю, ознакомилась с ее содержимым. Снеди, которой бы позавидовала половина деревни, тут было достаточно. Может, даже многовато для одиноко живущей травницы. Но ничего, Ракела привыкла делиться с теми из соседей, у кого теперь было больше всего детей и меньше всего прибытку. Поблагодарив как следует мадонну Росину за доброту, Ракела поставила корзину в самое темное место в доме.
- Я собиралась к роднику, мадонна. Там в это время прохладно и хорошо.
Указав рукой, куда идти, хотя экономка, конечно, и без нее это хорошо знала, Ракела пошла за ней следом, гадая, что такое стряслось с Росиной.
Судя по внешнему виду, на здоровье та пожаловаться не могла. Лицо, конечно, изменилось, побледнело, но никаких признаков дурноты или тяжелых отеков. Со спины только по ослабленному лифу и можно было догадаться, что беременная, да и шла Росина легко. А все-таки как будто тень ее какая-то накрыла. Впрочем, у беременных немало причуд. Наверное, и Росина себе чего-нибудь придумала. Тяжело ей бедной, никто ведь вокруг сильно носиться с ней не будет. У графа жена есть, а мать... про мадонну Джулию Ракела уже давно все поняла.
Спрашивать она, конечно, ничего не стала. Обратилась первой только, когда дошли до родника.
- Садитесь, мадонна, не бойтесь. Теперь даже здесь земля теплая. И не волнуйтесь, никто сюда не заглядывает. Мужчины дома спят, чтобы далеко не ходить. Женщины побаиваются случайных путников, детей не пускают.

14

Не каждой удается грациозно опуститься на землю, а попробуйте это сделать с животом. Но земля действительно была теплая, а за недолгий путь Росина все же устала, поэтому она кое-как опустилась на траву и еще больше почувствовала, насколько она стала неуклюжей.
Хотя сейчас Росина была не слишком ограничена во времени - с молчаливого разрешения графа в последнее время она не слишком усердствовала в исполнении обязанностей экономки, и пришла она к Ракеле именно за советом, все равно перейти к делу неожиданно оказалось не так и легко. Почему-то Росине стало вдруг стыдно, словно в охлаждении к ней Оттавиано есть только ее вина. Может быть в чем-то так оно и есть, но ведь нельзя же носить в себе ребенка и при этом оставаться как и раньше привлекательной.

- Хорошо, что детей не пускают, - сдерживая внутри себя слезы, пошутила она в ответ. - Я похожа на объевшегося людоеда, мне бы не хотелось испугать своим видом какого-нибудь ребенка.

Отредактировано Росина Бьяджи (05-10-2017 13:32:03)

15

Ракела остолбенела. В голосе мадонны Росины сквозило неподдельное разочарование и отчаянье.
- Беременная женщина вряд ли испугает детей. Каждый из них видел за свою жизнь не одну беременную и хорошо знает, как они выглядят. Если ему исполнилось хотя бы три года.
"А вот граф да Монтеведжо нет", - осенило Ракелу, и она прикусила язык.
Как же она сразу не догадалась-то! Опасалась-то травница всегда, что что-нибудь пойдет не так, а ее сделают виноватой и заставят понести наказание за "участие" в жизни и судьбе экономки. Всегда-то всегда, а случилось все неожиданно. Мадонна Росина в последние месяцы почти и не приходила, и для Ракелы это было хорошим знаком. Уверилась, что все спокойно, а тут как раз и получай!
Граф-то не мужлан из деревни, человек утонченный, беременную обходит стороной.
- Наговариваете вы на себя, мадонна, - покачала головой Ракела.
Говорить следовало очень осторожно.
- Со спины и не скажешь, что ребенка носите... Живот-то спокойный у вас? Как каменным не становится?

16

- Нет, он меня не беспокоит.
Росина положила руку на живот, погладила с задумчивой нежностью, будто между ее ладонью и малышом уже не существовало преграды.
- Дело не в этом...
Росина собиралась с духом, самолюбивая женщина, вдруг проснувшаяся в ней, не позволяла произнести слова признания, но и она же понимала, что не сегодня, так завтра придется открыть травнице правду.
"И кому еще, как не ей?".
Разве не стала Ракела ее поверенной, ведь именно благодаря ей и удалось хотя бы ненадолго обмануть судьбу. Может быть она и сейчас подскажет нужное средство.
- Не он меня беспокоит, Ракела, а Его светлость. Последний раз были близки с графом еще в феврале, но я утешала себя тем, что это временно, что когда я рожу, все вернется... А теперь... Вот уже несколько дней, как он вообще не приходит ко мне! Раньше мы хотя бы разговаривали.
В голосе Росины появились истеричные нотки и ребенок внутри нее сразу же возмутился, заерзал. Росина охнула и успокаивающе переложила ладонь туда, где на округлом животе "вырос" крохотный бугорк.

Отредактировано Росина Бьяджи (06-10-2017 19:30:05)

17

Было положено сказать "успокойся", ободряюще похлопать по руке и еще припугнуть, что если не взять себя в руки, то все может обернуться плохо. Но к Ракеле потому и приходили за советом, что она так себя не вела.
- Так ведь это обычное дело, оставлять женщину к родам в покое и одну... в графском-то замке, - усмехнулась она, и было понятно, что у травницы это правило не находит поддержки.
У тех, среди кого она жила, такой моды не было. Женщины до самых родов жили, как обычно. А если бы вздумали заговорить о покое, то их мужья и свекрови этого бы точно не потерпели. Зато и на невнимание было сложно жаловаться.
- А что не ходит просто так, так это о хорошем говорит.
Ракела не была в этом так уж уверена (да и с чего, если жила она не в замке, а графа видела только издалека), но, чтобы успокоить мадонну Росину, нужна была уверенность такая, словно передаешь слова самого всевышнего, а не сама рассуждаешь.
- В феврале - это еще, считай, совсем недавно. Женщину, которая носит наследника, гораздо раньше от себя подальше держать стараются. Чтобы чего-нибудь не стряслось. А его светлость к тебе привязался сильнее. Вот и не приходит, чтобы себя не искушать.

18

Ракела сказала то, на что Росина если и надеялась, то только в самых смелых мечтах. Хотя разве какие-то ее мечты уже не сбылись? Экономке не суждено стать графиней - теперь-то Росина это понимала, но стать матерью будущего графа ей никто не может помешать.
- Ты правда так думаешь? - спросила она одновременно с недоверием и надеждой и, прочитав что-то на лице травницы, уже без прежнего отчаяния добавила. - Так оно или нет, знает только Его светлость, но ты меня не обманываешь. Так может быть. Но как мне это проверить? Графиня сейчас в замке, да даже если бы ее и не было, я бы не осмелилась сделать шаг первой. А вдруг все же я ему противна? Нет, Ракела, я не вынесу, если он меня оттолкнет.
Росину кидало из стороны в сторону: она то верила, то сомневалась, и от этой смены настроений почувствовала себя еще более несчастной. Ей не стало бы легче, если бы она точно знала, что Оттавиано к ней охладел, но и от неопределенности лучше не становилось.
- Мне необходимо увериться... Я приму любую правду, но не могу больше жить в неизвестности.
Росина была искренна, но как и многие другие на ее месте сильно заблуждалась про христианское смирение. Это понимание придет к ней несколько позже, сейчас же она готова была на многое, лишь бы не мучить себя сомнениями.

Отредактировано Росина Бьяджи (10-10-2017 12:48:10)

19

"Правда... Что сегодня правда, то завтра не правда, а послезавтра опять правдой станет", - подумала Ракела.
Может, граф побаивается беременных женщин, а может, и впрямь охладел к беременной любовнице, да только разве это приговор? Беременность кратковременнее молодости. Как охладел, так и потеплеет. А может, это случится и раньше.
- Никуда он вас не оттолкнет, - Ракела казалась уверенной, как будто минувшим утром граф сам откровенничал с нею и что-то пообещал. - Даже думать так не надо, мадонна. И не плачьте, и не просите, упреки забудьте...
Ракела осторожно наблюдала за мадонной Росиной, как будто оценивала. Все в ней было хорошо, и лишь одно тревожило бы сводню, в роли которой теперь выступала травница - тревожный бегающий взгляд и дрожащие от желания заплакать губы.
- Он же вас бережет, просто перестарался. Смотреть на вас боится... И правильно делает... Волосы у вас теперь еще лучше, чем были, блестят даже в темноте. Кожа гладкая и нежная. Грудь налилась. Вот вы не ждите, когда придет. Так можно долго сидеть. Позовите его и покажите ему себя. От приглашения он точно не откажется.

20

Ракела не выказала никаких сомнений и Росина выдохнула с облегчением. Она коснулась налившейся и от того ставшей особенно чувствительной груди, провела рукой по волосам; даже если травница и ошибается, даже если все не так, в ее словах есть резон.
"Мне вообще не было нужно разговаривать с матерью, от этого только хуже".
- Но мне мало того, чтобы он просто пришел, - она потупилась, немного стыдясь своей откровенности. - Я скучаю по нему. Я не хочу, чтобы он берег меня, Ракела, и в то же время боюсь, что сделаю что-то, что может навредить ребенку.
Она вспомнила, как принимала на себя всю тяжесть тела Оттавиано, и покраснела, а при воспоминании, как сама была амазонкой, покраснела еще больше.
- Его светлость надеется, что будет мальчик,- прошептала, - я и сама чувствую, что должен родиться сын. Но я не хочу, чтобы он встал между мной и графом. И если граф действительно примет мое приглашение, я просто не представляю, как мне себя с ним вести. Я не хочу держать его на отдалении и в то же время боюсь... Ты понимаешь, о чем я?

Отредактировано Росина Бьяджи (11-10-2017 13:15:46)


Вы здесь » Яд и кинжал » Via Appia » Кто ни о чем не спрашивает,тот ничему не научится.Май 1493.Монтевеккьо