Яд и кинжал

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Яд и кинжал » Regnum terrenum. О tempora! O mores! » Самая трудная часть работы-решиться приступить к ней. 12.07.1495. Рим.


Самая трудная часть работы-решиться приступить к ней. 12.07.1495. Рим.

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

Дворец кардинала Асканио Сфорца на улице Старых Банков.

Отредактировано Алессандро Фарнезе (08-09-2016 17:30:33)

2

Алессандро уже бывал в палаццо Сфорца, правда, тогда он звался палаццо Борджиа и принимал в своих стенах гостей сперва помолвки, а затем и свадьбы его дорогой сестры. Кто бы тогда мог подумать, что это торжество выльется для Джулии в приглашение в постель вице-канцлера, а для её брата станет пропуском в Священную коллегию. Гербы на фасаде сменились, прочих же изменений глаз кардинала Фарнезе не подмечал. Впрочем, минуло пять лет с того дня, когда бедолага Орсино едва слышно произносил клятвы в Звёздном зале, а его шурин был далеко не всегда наблюдателен, особенно посреди большого числа красоток на любой вкус и ещё большего количества отменного вина.

Сегодняшний визит заметно отличался от предыдущих, и дело было не только в будничной обстановке, царившей в обиталище Асканио Сфорца, но и в цели, с которой брат папской любовницы преодолел недолгий путь с другого берега Тибра.

- Доложи его преосвященству, что прибыл кардинал Фарнезе, - на лице гостя сияла довольная улыбка, хотя впору пришлась бы маска озадаченности и волнения. Но за дополнительные две тысячи дукатов в год он готов был вытерпеть многое.

Слуга степенно удалился, а его товарищ повёл Алессандро наверх, в комнату, где новый хозяин, следуя примеру своего предшественника, завёл привычку принимать просителей и друзей. "Кардинала от юбки" никак нельзя было причислить ко вторым, но и в ряды первых он вряд ли бы смог себя записать, и теперь новый статус Фарнезе зависел от настроения и расположения миланского вице-канцлера.

3

Асканио Сфорца имел все основания гордиться своим умением лавировать меж острых скал, но иногда ему казалось, что в конце концов Сцилла и Харибда получат свою долгожданную жертву. Он и сейчас с содроганием вспоминал прошлогодние события, когда ему пришлось изворачиваться, буквально вылезая из собственной кожи. Он ухитрился остаться в тени во время конфликта между герцогом Милана и Его святейшеством. Преданный старшему брату, Сфорца не забывал, что является и кардиналом вице-канцлером, и тогда ему стоило немалых сил не дать разногласиям навсегда развести противоборствующие стороны. Один бог знает, сколько он извел пергамента, отсылая письма в Милан и заклиная брата быть осмотрительнее, и можно только догадываться, как сложно ему было сдержаться, чтобы в открытую не выступить в защиту Лодовико. Без сомнения, если бы это могло хоть что-то изменить, он так бы и сделал, но Асканио понимал, какой бы пламенной не была его речь, она не найдет понимания у Его святейшества.
Принимая сторону сильного, иногда приходится терпеть некоторые неудобства.

И об одном таком неудобстве Асканио на днях и напомнили. Прошло не так уж много времени с той приснопамятной консистории, когда скандальное решение понтифика вызвало оторопь если не всех, то у большинства из присутствующих. Возмущенный ничуть не менее остальных. Сфорца все-таки сумел сохранить лицо и никак не выказать своего истинного отношения. По правде говоря, Римской курии не привыкать к непотизму, но должны же все-таки быть и рамки приличия. Одно дело - давать сан кардинала сыну, это-то как раз вполне понятно, и совсем другое - брату своей любовницы. Асканио готов был даже согласиться на Джулиано Чезарини, какой-никакой, но родственник, а вот с Алессандро Фарнезе Борджиа все-таки поторопился. Нет, все возможно, но не все же сразу!
Все эти соображение молнией пронеслись тогда в голове кардинала вице-канцлера, только он не стал брызгать слюной в отличие от некоторых своих собратьев, а дальновидно промолчал и оставил все свои выводы при себе. К тому же до недавнего времени самого Сфорца это особо не касалось.

Внезапное назначение кардинала Фарнезе под начало Сфорца прозвучало как гром среди ясного неба. Если бы у Асканио спросили, кого из кардиналов он считает наименее подходящим для работы в Апостольской канцелярии человеком, Алессандро был бы назван среди первых трех. Но оспорить решение понтифика не стоило и пытаться, прямыми путями здесь не пойдешь.
- Ну что ж, юноша, если бы ты думаешь, что нашел себе синекуру, то очень сильно ошибаешься, - Сфорца произнес в пустоту - ответить кардиналу было пока некому, разве что пришедшему с докладом слуге.
Он поднялся из-за стола, "надел" на себя улыбку - пусть никто не обвинит его в предвзятости.
Да, против воли Его святейшества не возразишь, но и брат миланского герцога не так уж и прост. Значит придется нашему Сандро изрядно потрудиться во благо Римской Церкви. Не одной же его сестре за обоих стараться.

Его преосвященство с той же благожелательной улыбкой, с какой обещал воображаемому Фарнезе нелегкую жизнь, вошел в комнату и приветливо кивнул:
- День добрый, Ваше преосвященство. В следующий раз я хотел бы пожелать вам доброго утра.

Отредактировано кардинал Сфорца (09-09-2016 16:07:14)

4

Начало уже было не слишком обнадеживающим. Алессандро живо догадался, на что намекает вице-канцлер, и необходимость каждый день подниматься с петухами и спешить в Апостольскую канцелярию его, привыкшего возвращаться в свои покои засветло, совсем не радовала.

- Ваше преосвященство, - Фарнезе приветственно поклонился хозяину дома. Пускай по рангу они были и равны, молодой человек не обольщался этим евангельским родством. Что он чужой среди завсегдатаев Коллегии, ему дали понять сразу же, как только портной снял с него мерки для красного одеяния. Не впадать в уныние, как его зять Орсино, брату папской любовницы помогал веселый нрав и понимание того, что со временем к его присутствию, столь оскорбительному для многих, привыкнут даже самые непримиримые пурпуроносцы, а жизнь полна не только заседаниями консистории, литургиями и перешептываниями в ватиканских покоях.

Он вновь огляделся, невольно пожелав себе такого же жилища, взамен пришедшего в полную негодность особняка, в котором побрезговали бы поселиться и бродяги, но до сих пор носившего громкое звание палаццо Фарнезе. Приходилось с грустью признавать, что проще и дешевле было выстроить новый дом, чем приводить в порядок обветшавшую фамильную резиденцию. Пока что понтифик позволял ему занимать комнату в замке Святого Ангела и даже не возражал выделить покои в Апостольском дворце, но следовало понимать, что рассчитывать на вечную милость и приют было бы слишком наивно. Борджиа не вечен, да и прошлое святого отца представлялось достаточно бурным, чтобы Джулия могла оставаться полностью спокойна за свое собственное будущее.

- Его святейшество вчера сообщил, что отныне я буду прославлять мать нашу Церковь под вашим началом, - Алессандро по-мальчишески улыбнулся, желая показать, что полученный приказ его несказанно обрадовал, а сам он и не мог мечтать о лучшей доле, чем находиться подле Асканио Сфорца. Впрочем, думал он, могло быть и хуже. Например, отправиться легатом в какую-нибудь Польшу или, не приведи Господь, Ирландию. -  И я поспешил выразить свою благодарность за то, что вы согласились на эту жертву.

Вчера днем кардиналу Фарнезе пришлось прислуживать Карафе во время мессы в замковой часовне. Накануне он поздно вернулся от куртизанок и потому с трудом боролся с желанием прилечь прямо возле алтаря, вместо того чтобы со смиренным видом подавать неаполитанцу потир с литургическим вином. Точно так же, сквозь полудрему, он слышал обращение к нему Александра, непривычно бледного и сосредоточенного, сообщившего о том, что Витербо пока обойдется без папского посланника, зато дела канцелярии требуют свежей крови. Умница Джулия все-таки добилась для своего непутевого брата должности в Риме, но на что будут похожи его новые обязанности, Алессандро не предполагал, надеясь, что главным его участием в делах станет редкое присутствие на улице Старых Банков и гордое именование себя помощником кардинала вице-канцлера.

Отредактировано Алессандро Фарнезе (09-09-2016 22:29:25)

5

"И жертва немалая", - мысленно согласился с визави Асканио, оставляя, впрочем, как обычно свое мнение при себе.
- Самой большой благодарностью будет ваша верная и ревностная служба, - произнес он вслух. - Вам приходилось заниматься чем-либо подобным?
"Приходилось, как же. Разве что в кабаках, проливая на шлюх чернила".
Сфорца не испытывал личной неприязни к кардиналу Фарнезе, его больше угнетала необходимость вести с шальным Алессандро дела.
- Наше дело требует сосредоточенности и вдумчивости, - расхаживая по комнате, продолжил он развивать свою мысль, - усердия и усидчивости, - усугубил впечатление. - Надеюсь, друг мой, найти это в вас.
Асканио неожиданно остановился и с чувством повторил:
- Очень надеюсь. Питаете ли вы склонность к бумажной работе? Разумеется, имеете, иначе вам пришлось бы не по сердцу ваше назначение, - пауза была настолько короткой, что следовало обладать скоростью полета стрижа, чтобы успеть ответить на вопрос. - В таком случае могу вас обрадовать - у меня найдется чем занять Ваше преосвященство, - и Асканио коротко хохотнул. - Есть кое-что, до чего у меня не доходили руки, а вам, думаю, оно придется по нраву.

Отредактировано кардинал Сфорца (10-09-2016 14:00:34)

6

"Я пропал", - промелькнуло в уме Алессандро, и мысль эта сделалась тем отчётливее, стоило вице-канцлеру усмехнуться. "Если Сфорца смеётся, это не к добру", - кажется, так говорил дражайший понтифик ещё год назад, когда стало известно о заигрываниях герцога Лодовико с франками.

- Да, разумеется, - на лице кардинала Фарнезе по-прежнему играла улыбка, но в голосе становилось всё меньше уверенности. Он терпеть не мог бумажную волокиту, от большого числа испещрённых каллиграфическим почерком страниц начинала кружиться голова, а однообразные действия, которые должно повторять изо дня в день, навевали тоску не меньшую, чем та что терзала грешников в дантевом Аду. - И чем же я мог быть полезен?

Похоже, тиароносный родич решил проучить его в полной мере, отправив на службу, менее всего соответствующую нраву молодого повесы. "Не забыл он прошлой осени. Ну кто меня за язык тянул тогда, зачем, зачем я влез в их с Джулией отношения?! Их ссора закончилась в постели, к обоюдному удовольствию, а что со мной теперь сделает миланец, страшно представить". Развить столь малоприятное для себя сравнение кардинал не успел.

- Обещаю приложить все усилия, чтобы не разочаровать святого отца и ваше преосвященство, - поспешил он заверить своего собеседника, пока с уст не сорвался крик о помощи.

7

- Значит, завтра с утра и начнем, - подытожил Сфорца и, скрывая усмешку, добавил. - Уверен, что Вам понравится, Ваше преосвященство.
От него не укрылось легкое замешательство Алессандро и истолковал он его именно так, как и есть на самом деле. Милейший брат Джулии привык, что все ему достается не его трудами, что ж, разочарование не за горами. Асканио вспомнил свой заваленный бумагами стол и с иронией подумал, что про горы - не такая уж и метафора.
Однако пора вернуть на лицо собеседника краски
- Может, вина?
Слуга, до сих пор бесшумно стоявший возле дверного проема, также бесшумно исчез и почти сразу вернулся с кувшином и двумя бокалами. Кардинал Сфорца в своем гостеприимстве отличался постоянством - стоило Алессандро Фарнезе перешагнуть порог этой комнаты, как все уже было готово. Иногда случалось, что угощение так и оставалось невостребованным, но это лучше, чем в противном случае заставлять Его преосвященство ждать.
- Вы любите считать деньги? - пригубив вино, кротко поинтересовался Асканио. - Именно этим вам и придется заниматься. Долговые расписки, счета и так далее. Работа, требующая скрупулезности. И мне отрадно слышать, что вы готовы приступить к делу со всем рвением. Его святейшество будет очень этим доволен.

Отредактировано кардинал Сфорца (12-09-2016 13:25:55)

8

Алессандро чувствовал, как с громким уханьем сердце сорвалось куда-то в пятки. Хуже кары придумать было нельзя: знакомый с правилами арифметики, тем не менее, в цифрах он не понимал ничего, а считать деньги никогда не умел, в противном случае, ему бы было впору развлекаться в Трастевере, а не стараться удержать на лице молодцеватое выражение.

"Две тысячи, Сандро, целых две тысячи. Впридачу к тем, что у тебя уже есть, - упрямо повторял про себя кардинал Фарнезе, продолжая добродушно улыбаться вице-канцлеру. - Терпеть, терпеть... Может, всё будет не так уж и страшно".

- А ваше преосвященство покажет мне, как правильно вести дела? - молодой человек сделал два глотка, стараясь не пить с заметной жадностью, хотя в горле у него пересохло. - Или даст мне помощника? Я никогда не имел дела со счетами, признаюсь, как бы своим неумелым рвением не навредить казне его святейшества.

Отредактировано Алессандро Фарнезе (15-09-2016 00:38:35)

9

- Помощника моему помощнику?
Алессандро удалось то, что удавалось немногим - вызвать у кардинала Сфорца искренний смех.
- Нет, вам придется рассчитывать только на собственные силы. Я помогу на первых порах - все покажу, объясню где могут возникнуть сложности, а дальше предоставлю вас самому себе. Уверен, вы не подведете ни меня, ни, тем более, Его святейшество..
В последнем Асканио немало сомневался, но ложь слетала с его губ так же легко, как и правда. Пожалуй, даже легче правды.
- Вижу, вино пришлось вам по вкусу, - отсмеявшись, произнес. - Не стесняйтесь, мой друг, сегодня еще можно. А завтра утром, когда мы встретимся в Апостольской канцелярии, нам обоим придется удовлетворять жажду водой - цифры, знаете ли, любят светлую голову.

Отредактировано кардинал Сфорца (13-09-2016 11:10:14)

10

Для цифр можно было бы нанять и кого-то более сведущего и привычного к ним, например банкиров из дома Киджи, подумал Фарнезе, наивно предполагавший, что миланец поручит ему нечто, не требующее к вечеру растирать затёкшую спину и руки.

- Я буду изо всех сил стараться, - просто сказал он, пригубив вино. - Но я прошу ваше преосвященство быть ко мне снисходительным. Во Флоренции и здесь, в Академии, я обычно имел дело с каноническим правом и схоластическими выкладками, но не со счетами.

Первое потрясение минуло, и Алессандро мог более хладнокровно смотреть на происходящее. В Канцелярии трудились секретари и счетоводы, на чьи плечи была возложена самая нудная работа, брату же папской фаворитки придётся перепроверять их отчёты и сводить всё воедино. Не синекура, конечно, но и не Ирландия.

- Дайте мне время, и я стану самым преданным вашим помощником, - добавил кардинал, ставя бокал и покручивая в руках биретту. Лицо его вновь просияло, но не из-за жажды подвигов на ниве канцелярских битв. В конце концов, утешал он себя, у него есть самый верный друг, Джулия, а её могущество по части влияния на понтифика не снилось ни одному Сфорца.

Отредактировано Алессандро Фарнезе (13-09-2016 12:13:28)

11

- Вот и славно, - резюмировал Сфорца и пожалуй в первый раз испытал к собеседнику что-то вроде сочувствия. - Не переживайте, Ваше преосвященство, все когда-то бывает в первый раз.
Надо было отдать должное Алессандро, он держался неплохо, особенно если учесть, что сложно было бы найти занятие, менее для него подходящее. Апостольская канцелярия не была и не могла бы стать синекурой. Асканио вспомнил свои первые шаги и уже безо всяких подначек добавил.
- Не боги горшки обжигают. В самом начале будет трудно, но потом вы поймете, что самое главное - внимательность и методичность, помноженные на желание работать, а остальное - приложится. Кто знает, друг мой, может быть это назначение - лишь первая ступенька к величию.

12

Алессандро словно слышал голос матушки. Та постоянно напоминала ему о необходимости завязывать со всеми полезные знакомства, ненавязчиво оказывать услуги тем, от кого в курии зависит хоть что-нибудь, внимательно наблюдать за окружением и демонстрировать свои способности, в которые мадонна Джованна имела безграничную веру. Она никогда прямо не говорила ему, что в своих мечтах видит, как на легкомысленную голову её любимца однажды возложат тиару, но это её заветное желание сквозило в каждой строчке писем из Каподимонте и в каждом взгляде, когда мать и сын встречались. Самому кардиналу Фарнезе было смешно, ибо цену себе он знал и не заблуждался ни по поводу собственной репутации среди собратьев по Коллегии, ни из-за длинной вереницы претендентов на папский престол, начиная с делла Ровере и заканчивая его другом Чезаре, которого родительская воля настойчиво подталкивала к туфлям апостола Петра.

- О, вы слишком добры ко мне, - молодой человек со смехом поднял руки. - Величие - это для Сфорца или Борджиа, а Фарнезе прославятся отнюдь не моими стараниями. Я лишь мечтаю быть полезным и заслужить расположение вашего преосвященства. Его святейшество так и сказал, что ничуть не сомневается в ваших способностях благотворно влиять на таких как я.

Уточнять, что под такими как брат его любовницы понтифик подразумевал и прямо называл прожигающих жизнь бездельников и кутил, Алессандро не решился. Пускай Сфорца и были теперь в родстве с каталонцами, вице-канцлера не стоило посвящать во все подробности семейных разбирательств по другой, не связанной узами брака линии.

- И потому я буду стараться изо всех сил. Когда святой отец окончательно оправится, хочется преподнести ему приятный сюрприз. Хотя бы тем, что я не разочаровал его.

13

- Кто знает, кто знает, - философски отозвался Асканио.
Он не верил в человеческую скромность, но не стал оспаривать слов собеседника. Истово преданный брату, он надеялся, что сказанное о Сфорца будет правдой, а если и ему удастся внести в будущее величие их семьи свою лепту, то о большем и мечтать нельзя.

- Да, я знаю, что Его святейшество занемог, - отозвался он, не уточняя, впрочем, что подробности ему неизвестны.
Любой человек может внезапно заболеть, даже тот, о чьем здоровье впору слагать легенды. Ходили слухи, что понтифик съел что-то несвежее, но Асканио в том сомневался. Скорее он мог бы подумать, что Борджиа, чья умеренность в еде была общеизвестна, подорвал свою здоровье в любовных утехах.
- Но мне казалось, что ему уже лучше, - заметил между прочим. - Или я ошибаюсь?
Асканио держался с прежней же любезностью, сам же в это время пытался поймать ускользающую мысль. У него возникло неприятное ощущение, что он что-то упустил, что есть что-то, на что бы следовало обратить внимание. Вроде бы Алессандро Фарнезе ничего ему нового не сказал, и все же... все же...

Отредактировано кардинал Сфорца (14-09-2016 14:21:17)

14

- Да, лучше, - ответил новоиспечённый помощник вице-канцлера, немного подивившись тому, что Сфорца не осведомлён о состоянии Папы. Однако, в отличие от него самого, брат герцога Лодовико не проживал постоянно в замке Святого Ангела. - Теперь, как вы знаете, его святейшество показывается на людях.

Что именно стряслось с Борджиа, невозможно было добиться ни от Джулии, ни от Чезаре. Впрочем, их он едва ли видел, поскольку сестра почти не покидала апартаментов понтифика, а Чезаре вечно отсутствовал, либо также запирался в спальне своего отца. На все расспросы оба отвечали уклончиво и обещали рассказать о случившемся "как-нибудь после". Это немного обеспокоило Алессандро, он даже решил, что четвёрка - Гасет, кардинал Валенсийский, Джулия и Бонджованни - скрывает внезапную смерть его святейшества, опасаясь предавать огласке известие, способное вызвать новые потрясения в столице христианского мира, а в судьбу семейства Фарнезе подбросить новых забот в виде отлучения от источника множества выгод. Однако всё обошлось.

- Говорят, к столу подали несвежую рыбу, - Алессандро даже передёрнуло от одной мысли. - Похоже, прислуга в Сант-Анджело совсем растеряла совесть.

А ещё у него украли отданную в стирку пару белья, но это досадное обстоятельство вряд ли могло заинтересовать миланца.

Отредактировано Алессандро Фарнезе (14-09-2016 23:51:43)

15

- Это случается и в лучших домах, - задумчиво отозвался Сфорца.
Рядовое вроде бы происшествие, но Лодовико не помешает знать о беспечности прислуги Его святейшества. Почему он так решил, Асканио и себе бы не смог объяснить, не имея на то особых причин, он просто прислушался к внутреннему голосу. В любом случае, хуже от того, что он напишет в Милан, точно не станет. И, что особенно приятно, можно писать без экивоков, Асканио уже знал, как изложит о недомогании Александра VI на бумаге - не более, чем беспокойство кардинала вице-канцлера о здоровье понтифика, и сетования на то - как там только что сказал Алессандро? - на то, что прислуга в Сант-Анджело совсем отбилась от рук.

- Пожалуй, я скажу своему повару, чтобы к обеду подали не рыбу, а мясо. Кстати, Ваше преосвященство, вы не откажитесь присоединиться к моей трапезе?

Отредактировано кардинал Сфорца (16-09-2016 11:20:41)

16

- Почту за честь, ваше преосвященство, - склонил голову Фарнезе, с облегчением отмечая, что самая трудная часть встречи миновала. Что бы ни испытывал к брату Джулии вице-канцлер, вёл он себя любезно и даже дружелюбно, а это несколько скрашивало предстоящее однообразие часов, посвящённых работе с малопонятными бумагами. Накинься миланец на него с упрёками и угрозами, даже скрытыми за безупречной вежливостью речей, Алессандро пришёл бы в неподдельное отчаянье.

Проходя в столовую залу, он ещё раз отметил про себя обстановку и убранство палаццо. Когда-нибудь и у него будет всё то же самое. Когда-нибудь. И кто знает, кто сделает в это больший вклад, милая сестра, никогда не оставлявшая его заступничеством, или же Сфорца, способный, подобно своему предшественнику, переместиться из Апостольской канцелярии в покои первосвященника в Ватикане. А значит, надо постараться изо всех сил предстать перед ним в лучшем виде. И почему бы не попытаться сделать это прямо сейчас.


Эпизод завершён.


Вы здесь » Яд и кинжал » Regnum terrenum. О tempora! O mores! » Самая трудная часть работы-решиться приступить к ней. 12.07.1495. Рим.