Яд и кинжал

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Яд и кинжал » Regnum terrenum. Si vis pacem, para bellum » Безумству храбрых, или чудеса на кураже. 01.01.1495. К Браччиано


Безумству храбрых, или чудеса на кураже. 01.01.1495. К Браччиано

Сообщений 41 страница 46 из 46

1

41

Мгновение, и вечер перестал быть томным. Да он и не был таковым.
Забивая запах немытых тел, мочи и полусгнившей соломы, в ноздри Джованни ударил терпко-теплый запах крови. Герцог, словно почуявший течную суку кобель, нервно повел носом и сделал шаг к бледному, как смерть, священнику. То ли тот не верил в рай, то ли сомневался в том, что сам туда попадет, но на встречу с Всевышним явно не торопился. Во всяком случае, прыть, с который монах отскочил в сторону, сделала бы честь и менее упитанному господину.

Нехорошая улыбка скользнула по губам Хуана, – страх противника лишь раззадоривал, - и, срывая на ходу плащ, он выхватил из-за спины чинкведеа.
- Идите ко мне, святой отец, - стражники уже лежали мертвыми… или были не лучше мертвых... можно и поиграть со своей жертвой, - оскалился он и пощекотал острием клинка объемистое, туго обтянутой рясой, пузо.

Возможно, несчастный смог бы продлить свои дни на земле, - впрочем, нет, речь шла лишь о минутах, - но, вместо того, чтобы с достоинством служителя церкви принять мученическую смерть, заверещал, словно девка на сеновале и, закрыв пухлыми руками голову, вжался в стену. Борджиа обиженно посмотрел на священника, - жаль, святой отец, жаль, но потеху придется завершать, - и коротким движением перерезал ему горло.
Визг перешел в хрип, а затем сипение, и француз грузно рухнул на изгвазданный пол. Вытирая рукавом попавшие на лицо брызги крови, герцог посмотрел на лежащее у его ног тело и, бросив беглый взгляд на замешкавшихся людей, рявкнул:
- Что стоите, слышали приказ?

Чувство вседозволенности пьянило, предсмертные стоны звучали сладкой музыкой - нет, это была не битва, это была бойня. Едва удерживая в себе торжествующий крик, старший сын папы буквально взлетел по лестнице - сейчас в нем бушевал огонь азарта и требовалось немало крови, чтобы утолить эту жажду.

Подпись автора

В падении нравов не имел себе равных
Только десять заповедей, а какой репертуар грехов!

42

От лестничной площадки влево, темная комната, освещенный дверной проем, и за ним – двое, алый отблеск от факела на опущенных еще мечах, полуразличимая позади дверь, запах кожи, пота и стали.

– Нападение, – выдохнул Чезаре еще с порога, – заложница, скорее!

И в ту долю секунды, которую выиграл ему его французский, ударил – между шлемом и доспехом замешкавшегося на миг солдата, принимая запоздавший меч второго на вскинутую латную перчатку. Звон стали заметался под потолком, из шеи убитого хлынул черный поток, и Чезаре отпрянул в сторону, высвобождая клинок – под тонкими подошвами сапог пол зазудел, предупреждая. Враг или друг?

Подпись автора

Анкета персонажа
Сюжетная линия

43

Еще не достигнув конца лестницы, Корелла выругался с экспрессией и яростью, свойственной жителям Аппенин, и передающейся, вероятно, вместе со смешанной кровью иберийцев и мавров. Дон Чезаре, вместо того, чтоб командовать, как это положено, отрядом из безопасного места, ввязался в драку, более приличную для простого наемника, чем папского сына и кардинала. А теперь еще и дону Хуану, похоже, в одном месте засвербило доказать самому себе, что он может огребать неприятности на свое верткое седалище не хуже брата!
Вот ей-ей, стоило передать его на руки турецкому дружку: тот, небось, сутками молится теперь своему трижды клятому Аллаху, чтобы французы не вытряхнули его из шелковых шаровар и не послали во главе армии в Неаполь, а то и куда подальше. И спал бы себе дон Хуан под присмотром какой-нибудь смуглой красавицы до утра, и никому никаких волнений.

... Удар Чезаре пришелся в лицо, удар француза увяз в металле. Один-один, при условии, что у француза нет кинжала. Но кардинал подался в сторону, на мгновение освободив достаточно места, что Корелла сумел метнуть тяжелый кинжал, отбив у обороняющегося охоту - если таковая была - к контратаке.

- Нам его, нам! Не толпись! Осади назад!- рявкнул он поочередно на братьев, ибо почуявший кровь и вошедший во вкус герцог Гандии рвался вперед, словно отпущенный с поводка гончий пес.

Подпись автора

Анкета персонажа
Сюжетная линия

44

Как правило, правитель Гандии старался избегать непосредственного участия в схватках, предпочитая наблюдать за происходящим со стороны и, желательно, с безопасного расстояния. Благо, что в подчинении у гонфалоньера Церкви находились люди, которым можно без особых сомнений доверить бразды правления... на то время, пока идет сражение.
Обычно, но не сейчас.
На выкрик Мигеля Борджиа лишь ухмыльнулся - благоразумие никогда не было сильной стороной старшего сына папы, но блеснувший в полете клинок, - пусть даже не по его душу, - несколько охладил пыл Хуана. Если бы у герцога был выбор - столкнуться с беззащитным священником или вооруженным до зубов солдатом, он бы без доли сомнения выбрал первого, пусть даже убийство служителя Церкви - страшный грех. Так за него платить придется позже, зачем сокращать свои дни на земле?

Со стороны лестницы раздался оглушительный топот, ухмылка Джованни перешла в оскал и, не самым пристойным образом отозвавшись о добродетели матери первого вбежавшего в комнату француза, молодой человек бросился в атаку. Правда, справедливости ради, не слишком-то он торопился. Видимо, призыв кузена был услышан, понят и в должной мере оценен.

Постаравшись, чтобы за спиной у него находилась стена, герцог, не сводя взгляда с одного из ворвавшихся стражников, выхватил из-за спины испачканный в крови священника кинжал и шумно выдохнул:
- С дороги!

Подпись автора

В падении нравов не имел себе равных
Только десять заповедей, а какой репертуар грехов!

45

По пятам за французами в комнату ворвались люди Чезаре, и воздух, казалось, сгустился и потяжелел, насыщенный звоном стали и неровным дыханием. В ноздри ударил горячий, солоноватый запах, рухнул к ногам своего господина злосчастный дон Луис, увлекая за собой застрявший в челюсти меч. Снова сверкнул металл, труп повалился на труп, в предсмертном хрипе потонуло проклятье, захлебнулся чужой кровью чей-то испуганный возглас, и вдруг все смолкло.

– Мессер Стефано, – с обманчивой мягкостью произнес Чезаре, – что вы здесь делаете? Ваше место на улице, не дай бог патруль появится, захочет с шотландцами поговорить, а они только мычат.

Снизу донесся грохот падающей мебели, и двое итальянцев бросились назад к лестнице. Стефано, багровый как кардинальская мантия, поспешил за ними. Чезаре окинул одобрительным взглядом поле боя, улыбнулся и постучал в дверь, которую с таким рвением защищали покойные.

– Монна Джулия? Вас очень ждут в Риме.

Подпись автора

Анкета персонажа
Сюжетная линия

46


Вы здесь » Яд и кинжал » Regnum terrenum. Si vis pacem, para bellum » Безумству храбрых, или чудеса на кураже. 01.01.1495. К Браччиано