Яд и кинжал

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Яд и кинжал » Regnum terrenum. О tempora! O mores! » Чем старше человек, тем дороже его игрушки. 27.07.1495. Рим


Чем старше человек, тем дороже его игрушки. 27.07.1495. Рим

Сообщений 1 страница 20 из 22

1

2

Утром, не позже часа третьего (то есть девяти часов утра) Джоффре вышел из дверей дома своей матери и верхом направился к палаццо на Монтеджордано. С ним были слуги, несшие пока пустой паланкин, а также еще пара здоровых молодцов, которые шли пока пустые, но были взяты для переноса вещей. Принц Сквиллаче лично хотел помочь Валентине переехать в дом Ваноццы деи Каттанеи.
Настроение у Джоффре было великолепным, если не сказать больше, и он чувствовал себя по-особенному свободным и довольным, хотя и не отдавал себе отчета, почему. Все-таки слишком долго он воспитывался не как папский отпрыск, перед которым маячит перспектива придворной жизни, а гораздо проще, и ему теперь было легко от того, что с этого дня ничего не надо будет скрывать, живя так, как хочется и считаешь нужным. С Санчией они открыто живут отдельно, каждый наслаждается жизнью по своему. Валентину он поселит в том же доме, в котором живет сам, и даже мать ничего против этого больше не имеет. Не сказать, чтобы Джоффре побаивался Ваноццу или отца, но он был из тех, кто не может пропускать мимо ушей все, что говорится, и ежедневно слушать попреки так, словно они адресованы не ему, а кому-нибудь другому. Иными словами, Джоффре для счастья требовалась гармония внутри и вокруг, и довольствоваться меньшим никак не удавалось.
Он быстро добрался до места и постучал в двери.
К его удивлению, открывать не спешили. Ему пришлось долго и требовательно греметь молотком, пока наверху не распахнулось окно и кто-то из слуг, перегнувшись, не крикнул вниз:
- Эй, кто там?
- Что значит эй? - возмутился Джоффре, запрокидывая голову.
- Ваша светлость, - раздалось неуверенное после продолжительного молчания. - А мы вас ждали позже.
Теперь дверь распахнулась молниеносно, как если бы слуга с верхнего этажа к двери слетел кубарем.
К своему изумлению, Джоффре узнал много неожиданного. Во-первых, дом был почти пустым, потому что Лучано куда-то пропал (это слуга поведал сбивчиво, при этом смотря куда-то вбок) еще прошлым утром, а Орсино спешно уехал немногим позже.
- Ну и что? - пожал плечами Джоффре.
Он слышал о Лучано то же, что и все, губернатор Карбоньяро его мало занимал, и он не мог понять, какое отношение эти два исчезновения имеют к тому, что ему долго не открывают дверь. Слуга просвещать его, какую роль во всеобщей настороженности играет Чезаре Борджиа, не стал, списал всеобщую медлительность на лень, столь обычную в доме, хозяева которого в отъезде. Джоффре волновали не дела палаццо Орсини, а Валентина, поэтому он не поймал слугу на несоответствиях, а приказал сообщить Тине, что он тут.

3

Этим утром Валентину разбудила не измотавшая ее за последние недели тошнота, а пробивавшееся через закрытые ставни солнце. Она села на кровати и осторожно прислушалась к себе - ее слегка мутило, но в целом чувствовала Тина себя вполне сносно и сочла это очень хорошим знаком.

Она позвала Фьору, чтобы та помогла ей одеться, и рассеянно отметила про себя нервозное состояние служанки. Вчера дом гудел словно пчелиный улей, но Валентину, подобно камню посреди ручья, все волнения обошли стороной. Ее давно уже не занимало то, что происходит с другими, и своих забот хватало, а услышав краем уха, что дело было в Лучано Орсини, она окончательно потеряла к этому интерес. Кузен герцога Бассанелло ей не нравился с самого начала и она ни капельки не удивилась, узнав, что у того какие-то неприятности. А вот новость о внезапном отъезде Орсино показалась ей загадочной и странной, однако все равно не настолько, чтобы принимать ее близко к сердцу.
Куда больше ее занимало, серьезен ли был Джоффре, когда говорил, что отвезет ее к матери, сумел ли он договориться с графиней деи Каттанеи, и как та воспримет переселение беременной любовницы своего сына. К тому же оставалась еще и Санчия Арагонская. Может быть мать Джоффре и проявит великодушие, но невозможно ждать подобного от его жены.
Раздосадованная тем, что не получилось посплетничать, Фьора быстрее обычного справилась со своими обязанностями и шустро покинула комнату - ей не терпелось хотя бы с кем-нибудь обсудить вчерашние события.
Оставшись одна, Валентина нисколько не расстроилась, она привыкла вести диалог с самой собой.
- Адриане я напишу обо всем позже. Когда пойму, что останусь в доме графини хотя бы на неделю. Кто знает, может мне придется паковать свои вещи уже на следующий день.

Не зная того, сейчас Тина изрекла известную мудрость - может быть мужчины и способны вершить великие дела, зато в житейских вопросах чаще всего решение остается за женщиной.
Она подошла к сундуку, где хранились ее платья, открыла и с налетом сарказма подумала, что со вчерашнего вечера там ничего не прибавилось.
Подобная ирония была Тине несвойственна, к тому же она прекрасно понимала, что нет бесполезней занятия, чем обижаться на жизнь, поэтому она с громким стуком захлопнула крышку и усмехнулась:
- Зато и сборы много времени не займут. Что туда, что обратно.
За своим занятием она не сразу услышала осторожное покашливание и от неожиданности вздрогнула, поняв, что уже какое-то время была в комнате не одна. Для вышколенного слуги вошедший выглядел будто взъерошенным, хотя принесенная им новость не была такой чтобы слишком уж удивительной.
- Принц Сквиллаче? Так почему он сам не зашел? - растерялась Валентина и быстро добавила. - Пригласи Его светлость сюда, я уже закончила свой туалет.
Тина так и не научилась обращаться с прислугой в своем новом статусе, ее кидало из крайности в крайность, и по запунцевевшему лицу слуги догадалась, что опять совершила какую-то бестактность.

Отредактировано Валентина Манчини (28-09-2017 15:55:31)

4

Джоффре, ожидавший, что Тина спустится к нему, уже развалился на принесенном для него изогнутом стуле прямо в прихожей, но, можно сказать, послушно отправился наверх.
- Ну, здравствуй, - смеясь поприветствовал он Валентину и фамильярно потрепал ее по плечу, целуя куда-то между шеей и щекой. - Тебя ждет дом графини деи Каттанеи. И она тебя тоже ждет. Будет тебе рада.
Джоффре не сильно понимал сложность чувств матери. Она согласилась принять беременную любовницу младшего сына, и это для него это решение означало, что теперь все будет просто. О том, что Ваноцца может сомневаться, пожалеть потом или просто по-человечески не полюбить Валентину, он не сильно задумывался. Сам он с матерью ладил, и в конце концов они понимали друг друга. Значит, и прочие могут так же.
- Вовремя ты отсюда уезжаешь. Я так понял, со вчерашнего дня тут происходит поспешное бегство.

5

В искренней радости графини деи Каттанеи Валентина не была так уверена, но свои сомнения оставила при себе. Ей не давала покоя мысль о том, что вдруг ее переезд - не самая хорошая идея; может быть в доме Адрианы де Мила ей не было слишком хорошо, только все же не так уж и плохо. Особенно теперь, когда она не ютится неподалеку от кухни, а живет рядом с покоями хозяйки палаццо. А что ждёт ее в доме матери Джоффре было непонятно и от этого становилось немножечко страшно. Вдруг все сложится плохо, сможет ли она после этого вернуться в Монтеджордано, а если ее и примут, то где поселят? Мадонна Адриана вполне может расценить ее возвращение как потерю позиций, а в готовности этой дамы проявлять великодушие к проигравшему Тина очень сильно сомневалась.
Валентина старалась скрыть своё беспокойство от Джоффре - наверное, он бы и не понял ее волнения, а может быть даже и обиделся на него, потому была немного рассеянна.
- Да, тут действительно происходит что-то непонятное, - сгребая в кучу оставшиеся вещи, чтобы положить их в сундук, ответила она. -  Я слышала как слуги что-то болтали о мессере Лучано, вроде бы у него какие-то неприятности... я не поняла точно в чем дело, так как стоило мне появиться, как они сразу замолчали. Я не стала расспрашивать, мне до этого господина нет никакого дела. А вот то, что и герцог Бассанелло внезапно покинул палаццо, меня удивило - ещё вчера ничего не предвещало его скорого отъезда.

Отредактировано Валентина Манчини (06-10-2017 07:13:23)

6

- У Лучано неприятности? Наконец-то случилось то, чего ему так долго пророчили? Или это просто все так думают?
Об этом Орсини Джоффре знал только то, что о нем знал решительно каждый. Будучи всего на несколько лет младше Лучано, Джоффре, когда слышал о нем, испытывал двойственные чувства. С одной стороны, он понимал, что такая жизнь была бы не для него, что сам он не имеет к ней ни малейшей склонности. С другой, чувствовал нечто вроде зависти к тому, кто может позволить себе что-то, недоступное для самого Джоффре. Иногда младший Борджиа думал, что не прочь попробовать себе загул в стиле Лучано, но в глубине души знал, что вряд ли на такое пойдет. Любопытство тут было неизбежно.
- Слуга как-то неохотно говорил о том, что Лучано пропал. Может, он просто загулял, а слуги решили, что лучше держать это в секрете от жены Лучано? Да, наверное, так и есть.
Представив себе Лучано, путешествующего теперь по дну Рима, Джоффре подумал, что не отказался бы от подробностей. Их отсутствие, впрочем, было для него не смертельным разочарованием.
- Кажется, ты уже готова?
Будь Джоффре постарше, он бы уловил волнение Валентины и постарался ей сказать что-нибудь вроде "ты хороша, и мама это оценит" или "не волнуйся, мама хорошо к тебе отнесется". Но младший Борджиа об этом просто не подумал. Он был доволен тем, как выглядит Валентина, и был уверен, что это довольство обязательно для всех, и для всех же очевидно.

7

- Я не знаю.
Валентина пожала плечами. Лучано казался ей опасным, она старалась как можно меньше с ним встречаться - даже в ущерб необходимым для нее прогулкам, так что если его отлучка связана с какими-то сложностями, Тина и не собиралась о нем переживать. Да и какие у него могут быть серьезные неприятности? Он не интересовался никем и ничем, а денежные проблемы - не такие уж проблемы для представителя одного из знатнейших и богатейших семей Италии. Во всяком случае его жене вряд ли доводилось носить перелицованные с чужого плеча наряды.

Одинокий и полупустой сундук с вещами казался посмешищем. Переезжать с таким "богатым" приданым в дом графини было немного стыдно, и Валентина еще раз напомнила себе, что бедность - не порок.
Если бы тот давний план Адрианы удался, кто знает, как сложилась бы ее судьба. Радуясь, что для всех прочих мысли не слышны, Валентина улыбнулась Джоффре:
- Да, я готова.
Может быть у нее и нет таких богатых нарядов, как у Джулии Фарнезе, и ее не называют Прекраснейшей, зато и Невестой Христовой тоже не прозвали. Принц Сквиллаче не может дать ей то, что легко для Его святейшества, зато у Джоффре есть два неоспоримых достоинства - он молод. И он ей очень нравится.

Отредактировано Валентина Манчини (10-10-2017 06:44:05)

8

Джоффре видел сундук еще до того, как на нем захлопнулась крышка. Поняв же, что сборы Валентины закончились, сильно удивился. Словно чтобы проверить неожиданную догадку, он тихонько толкнул сундук ногой, и тот послушно чуть сдвинулся. Судя по всему, его тяжесть не была дополнена бархатными платьями и нарядами с обильной вышивкой. Он задумчиво кашлянул. С этим стоило что-то сделать. "Вовремя Тина окажется у матери", - подумал он, с облегчением уже возлагая мысленно на мать еще одно поручение.
На его зов явились двое слуг и, легко подхватив сундук, вынесли его за двери.
- Пошли, Тина. Можешь сказать всему прощай. Сюда ты уже не вернешься.
Может, Джоффре и был еще по-юному легкомысленным, но кое-что он мог сказать о будущем. И что Валентине заказано возвращение на Монтеджордано, как бы все не пошло дальше, было ему понятно. Впрочем, ответственность его не пугала.

9

Ваноцца ждала возвращения сына с волнением. У графини не сложились отношения с невесткой и пока ещё невозможно предположить, получится ли наладить их с Валентиной.
Всего лишь любовница... Для той, кто четырёх своих детей родил не от мужей, не существовало этого "всего лишь". Ваноцца не замечала в глазах Джоффре бушующего пламени, но в том, что сын был привязан к Валентине, не сомневалась. Сильно ли, надолго ли, это уже другой вопрос, но то, что он готов был принять на себя определенную ответственность (пусть даже переложив существенную ее часть на плечи матери), говорило о многом.
Конечно, графиня не собиралась признавать за любовницей сына больше прав, чем за женой, но готова была проявить к ней снисходительность, ту самую, которой ей так часто не хватало в отношении Санчии.
- Ваша светлость, приехали! -  несмотря на свою беременность, Беттина всех опередила.
Переваливаясь как утка, она все равно умудрялась быть самой шустрой, и в этом ей не мешал даже торчащий огурцом живот. В доме предпочитали думать, что это не напоминание о "визите" франков, а ребёнок, зачатый в спешном браке. Во всяком случае, графиня деи Каттанеи решила именно так, а значит так оно и будет.

- Они внизу? Хорошо.
Неторопливо спустившись, Ваноцца вошла в комнату. Она была готова ко многому, но хотя служанка Паола в красках ей описала любовницу принца Сквиллаче, все равно к такому была не готова.
Разница в возрасте между Джоффре и Санчией хоть и была заметна, все же была достаточно небольшой, чтобы исчезнуть с годами, а вот с Валентиной все иначе.
"Будь она немного постарше, то сгодилась бы Джоффре и в матери".
Ваноцца была удивлена, но в ее жизни случалось достаточно потрясений, чтобы она научилась держать лицо.
- Принц Сквиллаче, ты совсем забыл обязанности хозяина. Или ты предпочтешь, чтобы мы представились друг другу сами? - произнесла она с укоризненной улыбкой и, будто не замечая одиноко стоявший у самого входа сундук, обратилась уже к Валентине. - Ваши вещи отнесут к вам в комнату. Надеюсь, она вам понравится.

Отредактировано Ваноцца деи Каттанеи (13-10-2017 18:05:28)

10

Добрались быстро. Валентина была легкой, а ее сундук еще легче. Слуги несли шутя и то и другое. Джоффре ехал верхом. Иногда занавесь паланкина отодвигалась, и Тина смотрела на него. Можно было подумать, что проверяет, не пропал ли он куда-нибудь. Джоффре специально ехал так, чтобы не отстать и не оказаться впереди, и взглядом старался подбодрить ее.
Сам он, конечно, тоже был неспокоен, хотя виду не подавал.

Ваноцца заставила их немного подождать, но недолго. Джоффре не знал, что сейчас чувствует Валентина, но сам, несмотря на спокойное и выдержанное лицо матери, чувствовал, что та благосклонна. Если бы ей все это не нравилось, она бы, конечно, показала это, и еще как!
Джоффре молчал, давая матери возможность как следует рассмотреть Валентину. Ему, юному, конечно, хотелось, чтобы Тина понравилась Ваноцце, пусть даже он и пытался быть безразличным.
- Мама, это Валентина, - без всякой официальности откликнулся на призыв матери Джоффре. - Валентина Манчини много лет жила во дворце на Монтеджордано, хотя родилась недалеко от Тиволи.

11

Ваноцца и раньше подозревала о том, зачем Адриане потребовалось приглашать к себе бедную родственницу, и теперь при взгляде на Валентину она только уверилась в собственной загадке.
"Эта змея хотела подложить тебя в постель к Родриго, и не твоя вина, девочка, что он увлекся Джулией".
Спокойствие, с которым Адриана восприняла любовную связь своей невестки, и не просто спокойствие, а одобрение, давно уже перестали удивлять графиню, но столкнуться лицом к лицу с той, кто по расчету мадонны де Мила должен был прийти на смену постаревшей любовнице, было все же несколько странно.
"А теперь вместо отца - сын".
Если бы речь шла о ком-то другом, эта ситуация показалась бы графине даже забавной, но дело касалось Джоффре, поэтому она предпочла не думать о том, как могло бы быть.
- Валентина, - она кивнула, как бы принимая сказанное к сведению, и повернулась к сыну. - Комната мадонны Валентины - на том же этаже, что и моя спальня. Пока ей там будет удобнее всего.
Ваноцца намеренно представила дело так, что Тина будет жить рядом с нею, но для Джоффре, который занимал спальню всего лишь через три двери от комнаты матери, это говорило о многом. А вот многозначительное "пока" было сказано больше для Тины. Должна же она знать, что графиня не собирается делать вид, что не знает о ее положении.

Отредактировано Ваноцца деи Каттанеи (19-10-2017 14:50:16)

12

- Может, даже не пока, - не затрудняя себя тем, чтобы понять второй из намеков матери, предназначенный не ему, ответил Джоффре.
Его происходящее устраивало целиком и полностью. Валентина будет недалеко от него. Это значило не только удобство, но и, можно было это так назвать, благословение матери. В глубине души он немного опасался того, что она создаст им с Тиной определенные трудности, чтобы они помнили о том, что все не так просто, как кажется. Теперь Джоффре стал еще более благодарен Ваноцце за ее великодушие. Ему позволено обустраивать себя и любовницу так, как хочется, и мать в этом его союзник.
Правда, в будущем ему, возможно, придется тоже перебраться в Апостольский дворец, как это сделал герцог Гандии. Ему уже намекали, что для принца Сквиллаче правильнее оказаться там, чем пребывать в доме матери.
- Валентине надо немного помочь, - чувствуя благожелательность матери, Джоффре спешил решить все дела разом. - Как видишь, она без прислуги и с полупустым сундуком.

13

Валентина молчала, потупившись, словно речь шла о ком-то другом, и графиня со скрытой усмешкой подумала, что, несмотря на разницу в возрасте, в этой паре все будет решать ее сын. Может быть и неплохо, что любовница Джоффре настолько его старше - за несколько недель общения с ней принц Сквиллаче явно повзрослел, а в его суждениях появилась ранее не замеченная Ваноццей зрелость. Конечно в чем-то он еще оставался мальчишкой, он не задумывался о том, как будут звучать его слова, но умная женщина не станет на это обижаться.
"Что ж, будем надеяться, что твоя Валентина разумнее Санчии. Во всяком случае, она не избалована и умеет ждать. Не думаю, что твоему кошельку будет нанесен существенный урон... В любом случае, я прослежу за тем, чтобы этого не случилось".

- Это поправимо, - ответила она невозмутимо. - Я бы рекомендовала Беттину, но она вот-вот разродится, - короткий взгляд в сторону Тины, - так что прислуживать Валентине будет Паола. Она пока... хм... не здесь, но я пошлю за ней или сегодня вечером, или завтра. Что касается одежды... - Ваноцца уже не скрываясь осмотрела любовницу сына, задержала взгляд на животе. - Так вот, что касается одежды - я пошлю в лавку за образцами тканей и договорюсь с портным, только сейчас не лучшее время забивать сундук до основания. Это еще успеется... позже.

Отредактировано Ваноцца деи Каттанеи (24-10-2017 12:24:28)

14

- Да, наверное, - смущенно хохотнул Джоффре и мотнул головой.
Дело было не в том, когда и что решит сделать Ваноцца, а в том, что все как-то разрешилось. Во всяком случае, для Джоффре, потому что для прочих участников разговора (Валентины и графини) все еще только начиналось. В глубине души младший Борджиа понимал это и немного побаивался неизвестности. Утешал себя тем, что Валентина всегда была безукоризненна с Адрианой, с которой у нее были все возможности быть недовольной, а Ваноцца согласилась принять участие в ней.
- Значит, мы все решили? - с легкостью спросил Джоффре, подходя к матери и целуя ее в щеку. - По крайней мере сейчас. Может, уже пора проводить Тину в ее комнату?
Ему почему-то хотелось избавить любовницу от скорого разговора с Ваноццей, хотя он и мало верил в том, что мать позволить ему это сделать.

15

Валентина давно ощущала себя лишней, наверное, ей было бы намного проще, если бы по приезду Джоффре сначала переговорил с матерью наедине, а уж потом представил ей свою беременную любовницу, но уроки Адрианы де Мила не прошли даром, и Тина приняла ситуацию такой, как она есть. Все равно что-то изменить ей не под силу, так что остается лишь отдаться на милость «волн» и плыть по течению.

Как и Джоффре, Валентина не верила, что графиня деи Каттанеи позволит ей уйти, не сказав ни слова, но первой заговорить не решалась, да и не по чину ей это, потому лишь с старательно скрываемым беспокойством ждала от матери Джоффре хоть какого-нибудь знака. Оставалось только надеяться, что та проявит такое же понимание, как и во всем прочем, и не будет долго задерживать полуживую от переживаний и волнений беременную женщину.

Отредактировано Валентина Манчини (28-10-2017 12:29:47)

16

Ваноцца молча улыбнулась - Джоффре, конечно, беспокоился, но его волнение - просто ничто в сравнении с тем, что сейчас испытывает его любовница. Графиня не сомневалась - бледность Валентины обусловлена не только беременностью, на месте Тины могла бы смешаться и куда более самоуверенная женщина.
- Да, так будет лучше всего, - Ваноцца согласилась с сыном и заметила, что на щёки Валентины вернулся румянец; ей даже показалось, что она услышала вздох облегчения.
Да, эта Тина - полная противоположность Санчии. Может быть именно этим она и привлекла внимание Джоффре? Время покажет. Не всегда первое впечатление оказывается верным.
Для себя графиня уже решила, что не будет жестока, но и излишняя мягкость тоже недопустима.
- Симона покажет вам вашу комнату, - в первый раз за весь разговор она обратилась к Тине напрямую и после едва заметной паузы добавила. - Вам необходимо отдохнуть, а обо всем переговорить мы с вами еще успеем.

Отредактировано Ваноцца деи Каттанеи (30-10-2017 21:04:21)

17

К Джоффре никто не обратился, оставив ему самому решать, что делать дальше. Выглядело несколько как выбор: пойти с Валентиной или остаться с матерью? Ему было что обсудить и с одной и с другой, возможно, и каждая женщина ждала, что разговор с нею он предпочтет. Поколебавшись, принц Сквиллаче кивнул матери с благодарностью и легким извинением, но отправился вслед за Валентиной. Та была в незнакомом доме, а Симона предана Ваноцце, и Джоффре опасался, что эта преданность не лучшим образом скажется на Валентине.
На лестнице он обогнал женщин и сам распахнул перед Тиной дверь.
Дом матери был не такой помпезный, как палаццо на Монтеджордано, больше напоминавший замок, зато гораздо более уютный и обжитой. Здесь всегда была хозяйка, а не появлялась, когда ей вздумается. И обстановка создавалась годами, а не спешно ввозилась и расставлялась, как получится и влезет. Джоффре очень надеялся, что Тина почувствует это так же, как всегда видел он.
Вошли, и на некоторое время воцарилось смущенное молчание.
- Не бойся ты так, - ободряюще усмехнулся Джоффре. - Может, ты это и не очень увидела, но ты ей понравилась. Если бы было не так, все выглядело бы гораздо неприятнее. Просто мама не их тех, кто может полюбить за глаза и начинать знакомство с восторгов.

18

Валентина чувствовала, как от переживания покрылась испариной спина, но нашла в себе силы улыбнуться Джоффре:
- Я не боюсь, я волнуюсь, хотя прекрасно все понимаю. Ее светлость была очень любезна, а я и не ждала, что меня примут с распростертыми объятиями.
Тина не лгала, она и сама не знала, что ожидать от этого знакомства. Учитывая все обстоятельства, знакомство прошло не так уж и плохо, а раз Джоффре говорит, что Валентина понравилась графине, так почему бы это не принято на веру, ведь он лучше знает свою мать. И по тому, как он держался в разговоре с мадонной Ванноцей, было похоже, что если он и чувствовал себя неловко (что вряд ли), то скорее из-за пикантности ситуации, чем от разочарования.

И все же Валентина едва сдерживала вздох облегчения от того, что они остались одни. Она осмотрелась по сторонам и прошептала:
- Это очень красивая комната. Я и не думала...
А что вообще она думала? Что ее поселят где-нибудь возле кухни, в каморке, наподобие той, в какой она столько лет жила на Монтеджордано? А может надеялась, что ее спальня будет смежной с комнатой Джоффре? И то, и другое сейчас казалось нелепым.
Валентина прошла вглубь комнаты, подошла к накрытой тяжелым покрывалом кровати, провела рукой по резному столбу.
- Джоффре, ведь твоя жена не знает обо всем этом... Что будет, когда ей станет известно, что в доме твоей матери поселилась какая-то женщина?

Любой женщине неприятно догадаться, что у мужа есть любовница, вдвойне, если эта любовница носит ребёнка, втройне, если при этом ваш брак бездетен. Но Тина и представить себе не могла, какие чувства возникнут у неаполитанской принцессы, когда ей расскажут, где теперь живет та самая Валентина Манчини.

Отредактировано Валентина Манчини (03-11-2017 06:18:19)

19

Упоминание о Санчии заставило Джоффре поморщиться. Валентина с таким восторгом осматривала комнату, он чувствовал себя почти королем, подарившим женщине гору золота, и вдруг так некстати.
- А почему это тебя беспокоит? - неприязненно осведомился он и мотнул головой, как будто хотел кого-то боднуть.
Ему показалось, что в словах Валентины мелькнула неуверенность в нем. Как будто Санчия его мать или даже имеет возможности его отца и в любой момент может все отменить или переделать, и все строится только на тайне. Как будто все должны бояться одного: как бы Санчия не узнала.
- Разумеется, когда-нибудь она узнает. Сегодня, завтра, через неделю или даже месяц. Ну и что? Я не собираюсь приходить к ней с новостями, но и заботиться о том, чтобы сохранить все в тайне, тоже не буду. Мы с ней живем отдельно. Я не делаю ничего такого, чего не делает половина всех, кого я знаю. И половина второй половины наверняка тоже. Ей, конечно, все это не понравится... Но вина-то чья?

20

По поводу того, есть ли вина жены в изменах мужа, у Тины были свои соображения, но она почувствовала перемены в Джоффре и, избегая возможной ссоры, примирительно произнесла:
- Я беспокоюсь о том, чтобы тебе не доставили беспокойства. Но если ты считаешь, что мне не следует об этом думать, то я и не буду.

Как быстро они поменялись ролями: в детстве - почти что старшая сестра, совсем недавно - просто любовница, равная ему, а теперь... теперь Тина чувствовала свою зависимость от Джоффре, но в отличие от ее отношений с Адрианой де Мила, ей даже нравилась эта власть принца Сквиллаче над ней, наверное, так и должен вести себя мужчина по отношению к своей женщине. Конечно, в проявлении этого у Джоффре еще многое осталось по-юношески порывистым, только Валентина не собиралась ему на это указывать. Если он принимает на себя все возможные проблемы, она не будет ему в этом мешать.
- Мне все равно, кто и что подумает, немного поздновато для того, чтобы о том спохватиться, не правда ли? - Тина усмехнулась. - А если у тебя из-за этого будут неприятности с женой, считай это запоздалой местью за то, что мне пришлось пережить в палаццо кардинала Орсини.
Говорила все это Тина, пряча коварный блеск в глазах, она делала мелкие шажки вдоль кровати и, дождавшись, чтобы Джоффре на мгновение отвлекся, ловко кинула в него подушкой.

Отредактировано Валентина Манчини (03-11-2017 06:35:00)


Вы здесь » Яд и кинжал » Regnum terrenum. О tempora! O mores! » Чем старше человек, тем дороже его игрушки. 27.07.1495. Рим