Яд и кинжал

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Яд и кинжал » Veni, vidi, vici » Историческая обстановка (конец 1494 - начало 1495 гг.)


Историческая обстановка (конец 1494 - начало 1495 гг.)

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Выложенная ниже информация перенесена со старого форума "Яд и Кинжал". Выкладывается администрацией проекта, но в ее нахождении и оформлении принимали участие как ныне играющие, так и покинувшие уже игру участники.


2

В понедельник, 17 ноября, сиятельнейший французский король Карл вступил в город Флоренцию с величайшим почетом и триумфом, сопровождаемый большим количеством конных и пеших. Здесь он обсуждал разные дела с флорентийцами. На дверях церквей и в других открытых местах золотыми буквами было написано: «Король, мир и восстановление свободы». Между прочим король вступил в соглашение с флорентийцами, заключив с ними условия, которые 26 сего числа были оглашены в митрополичьем храме по окончании литургии. В силу этих условий флорентийцы обязались заплатить королю в течение года 130 000 дукатов. Король постоянно будет иметь во Флоренции двух послов, а флорентийцы будут иметь при короле двух послов, с целью постоянно обсуждать текущие военные дела.

В понедельник, 24 ноября, перед святейшим папой нашим по его зову предстал, взяв меня с собою в качестве переводчика, вельможный и сиятельный Рудольф, принц Ангальтский, граф Аскании 27, и синьор Имбрембургер, которому святейший папа наш напомнил дерзость короля Франции, проявленную им перед святой римской церковью в том, что он не только домогается стать господином государств и земель итальянских, тяготеющих к Священной римской империи, но даже пытается присвоить себе имя и титул этой империи. Однако на это его святейшество не намерен согласиться, если бы даже над его шеей навис обнаженный меч 28. Поэтому он обратился к принцу и сиятельнейшему владыке Максимилиану, королю римскому, как единственному защитнику святой римской церкви, чтобы он правильнее посмотрел на вышеизложенное и увещевал его величество отозваться на эти бедствия и защитить честь святой римской церкви, Священной римской империи и всей Италии. Этот упрек принц смиренно принял.

В четверг, 27 ноября, синьор Джованни Марио де Поджио, чиновник ведомства церемоний, мой сотоварищ, утром около восхода солнца был безжалостно убит Фомою Пьемонтским, своим домашним, который нанес спящему в постели топором четыре удара по голове с раздроблением на части. Да удостоит своего милосердия его душу всемогущий бог!

3

В среду, 9 декабря, пришли в апостолический дворец кардиналы пресвитеры Асканио, св. Северино, Бартоломео Луна, а также епископ Чезены, аудитор камеры, Просперо Колонна и Жером д'Эстутевиль. И в тот же день поздно все остались в плену у папы.

На следующий день был освобожден епископ Чезены, аудитор камеры. Потом было тайное заседание консистории, на котором присутствовали также эти три кардинала. По окончании заседания кардиналы Асканио и св. Северино были посланы в верхние комнаты дворца над папой и были там взяты под стражу. Просперо и Жером были посланы по стене или по переходам в замок св. Ангела и там взяты в плен. [172] Кардинал же Луна был послан в Остию для обсуждения некоторых текущих дел.

В тот же день пришел к городу сиятельнейший Фердинанд Арагонский, герцог Калабрии, который, пообедав в винограднике сиятельнейшего синьора кардинала Орсини близ церкви св. Северино, прибыл к святейшему папе нашему около 21 часа. Так как послы короля Франции на этих днях много раз требовали от святейшего папы разрешительных грамот на проход и пропуск продовольствия их королю в землях святой римской церкви, то сегодня его святейшество, по окончании вышеозначенного заседания консистории, ответил им, что никоим образом он не желает дать королю проход и продовольствие и что они могут сообщить об этом королю.

4

Во вторник, 16 декабря, будучи позваны поверенным папы синьором Энгельгардтом, около 2 часов ночи мы пришли к папе, а именно: Иоганн Фабри, Евгений Туртипигер Ауреола, Иоганн Коппис и я. Рассказал нам его святейшество о неприятельском набеге и наглости короля Франции, который занимал земли церкви и приближался для осады города. Он от него этого не ожидал; но так как такое поведение не очень подходит христианнейшему королю, то папа не знал, что об этом думать: он просил нас, чтобы мы сообщили это нашим (нашей [немецкой] нации он очень доверял), воодушевили их к защите его самого, церкви и города и поручили им правильно расставить заслуживающих во всех отношениях доверия людей, снабдить их соответствующим оружием и во всем установить между собою порядок, чтобы при наступлении они могли защищаться с помощью оружия не вне города, а только в нем, как он этого желал бы. С согласия всех я ответил, что мы сожалеем об этом случае, что мы готовы повиноваться указаниям его святейшества, намерены сообщить другим и дадим ответ его святейшеству. Итак, мы удалились от его святейшества и решили созвать к странноприимному дому приезжего Иоганна Ангела, приезжего Гаспара, Гаспара Скультети, моего сапожника с пятью другими сапожниками, Якова Скуллиера и торговца Николая Лука, мастера брадобрея Андрея, мастера цырюльника Иоганна Убелаха и мастера портного Христиана, которым я изложил с должным увещанием поручение и предложение папы. Они ответили, что обязаны перед начальниками отдельных кварталов города, указаниям которых они должны повиноваться и не могут от них отступить, вследствие чего для них невозможно удовлетворить просьбу святейшего папы нашего. Полученный в воскресенье, 17 декабря, ответ я в тот же день пересказал синьору Андрею Вентарту, чтобы он сообщил его почтенному отцу синьору Джованни, епископу Перуджии, для доклада святейшему папе нашему. Его святейшество добавил к своему предложению, что он намерен с испанской нацией сделать то же, что сделал с нами, и что во французской нации он не [173] сомневается, потому что вне Рима есть много хороших придворных, намеревающихся дать свою помощь для защиты города. При этом предложении папы присутствовали высокочтимый кардинал Неаполитанский, сиятельнейший синьор герцог Калабрии и почтенный синьор Джованни, епископ Перуджии.

5

Несколько дней тому назад, по сообщению кардинала Гуркского, Георгий Бузард, писец апостолических писем, посланный святейшим папой нашим к великому турку в качестве нунция и посла, как сам кардинал рассказывал, был схвачен сиятельнейшим синьором де Ровере, родным братом высокочтимого кардинала Санто Пьетро в Винколи, и содержался в плену в Синигалье. У Бузарда, как говорил тот же кардинал, были известные наставления от святейшего папы нашего касательно того, что он должен делать у великого турка; за эти наставления кардинал Гуркский святейшего папу нашего укорял в бесчестии.

<...>

В четверг, 18 декабря, все добро папы было приготовлено в путь и к отбытию, с постелью и повседневной посудой, за исключением всех облачений ризницы апостолической капеллы, всей обстановки дворца, посланных в замок св. Ангела; все кардиналы готовы к отбытию; готова вооруженная конница.

В пятницу, 19 декабря, был освобожден из плена высокочтимый синьор кардинал св. Северино, который поехал к королю Франции, намереваясь с ним что-то обсуждать, по приказанию и от имени папы, а вследствие этого Колонна, как говорят, обещал вернуть папе замок Остию и себя отдал на службу церкви и возвратился.

6

1495 ГОД

В лето господне 1495, в четверг 1 января, в праздник обрезания господня, кардинал Пармский совершал торжественную литургию, в большой капелле в присутствии папы.

6 января, по окончании литургии и по своем возвращении домой, я нашел, что против моей воли, но с ведома и дозволения Марка де Тебальдис, начальника нашего квартала, галлы вошли в мой дом, вывели семь из восьми лошадей, много ослов, которые у меня были в конюшне, а свои семь ввели; они потребляли мое сено; мою комнату галлы определили для графа Ротомагенского (Руанского), а комнату Андрея Понденса, доктора искусств и медицины, столько лет со мной жившего, назначили другому; другую комнату внизу, в которой, как и в нескольких других моего дома, были заняты той служители, отвели для домашних указанных галлов дворян. Немало задетый такой наглостью и беззаконием, я отправился к королю Франции, которому жаловался на поступки его людей; он послал меня к великому маршалу Франции, у которого только на другой день я и кардиналы Савелли, Колонна и св. Дионисия потребовали, чтобы было назначено для указанных лиц другое местопребывание, дом синьора Якопо Галло, римлянина.

В среду, 8 января, был разграблен и расхищен галлами дом Паоло Планки, римского гражданина, были убиты два его сына и многие другие, а также умерщвлены евреи, и дома их были разграблены и расхищены.

В воскресенье, 11 января, было заключено соглашение между святейшим папой нашим и сиятельнейшим синьором [176] Филибером (из провинции) Бресс, дядей короля Франции, наместником названного короля, что святейший папа наш должен вручить Джема, брата великого турка, на шесть месяцев королю Франции, который с этого времени должен платить папе 20 000 дукатов и дать поручительство флорентийских и венецианских купцов о возврате Джема, султана, самому папе по истечении шести месяцев без замедления; потом должен короновать короля Франции королем неаполитанским без предварительного чьего-либо суждения и обеспечить безопасность кардиналам Санто Пьетро в Винколи, Гуркскому, Савелли и Колонна, не оскорбляя их.

Первые ворота дворца и все другие двери входов были на время пребывания короля даны под охрану шотландцев, которые не позволяли войти никому, за исключением своих и весьма немногих наших.

7

Итальянские войны 1494-1559, войны между Испанией, "Священной Римской империей" (с вмешательством др. государств) за обладание Италией, а также и за гегемонию в Европе. Велись преимущественно на территории Италии. Политическая раздробленность Италии, распри между итальянскими государствами облегчали осуществление агрессивных замыслов крупных держав. Французский король Карл после смерти неаполитанского короля Фердинанда (январь 1494) заявил о своих притязаниях в качестве наследника Анжуйской династии (боковой линии французского королевского дома) на Неаполитанское королевство (захваченное у Анжуйского дома в середине 15 в. Арагонской династией). Осенью 1494 Карл с сильной армией (в состав которой входил значительный отряд швейцарских наемников) перешел Альпы и двинулся к Неаполю, заручившись активной поддержкой миланского герцога Лодовико Моро (который конфликтовал с Арагонским домом Неаполя и надеялся с помощью французских войск упрочить свое положение правителя Милана); Венеция и папа Александр сохраняли дружественный по отношению к нейтралитет. Не встретив серьезного сопротивления государств Северной и Средней Италии, французский король прошел через Рим и, добившись от папы инвеституры на Неаполитанское королевство (январь 1495), в феврале 1495 захватил Неаполь. Грабежи французской армии, введение новых поборов вызвали возмущение населения королевства, Карл оказался перед угрозой всеобщего восстания. Изменились также и позиции итальянских государств, напуганных успехами французов. Для изгнания их из Италии в марте 1495 была создана "Святая лига" (или "Венецианская лига"), в которую вошли Венеция, Милан, римский папа; к лиге примкнули император Максимилиан и испанский король Фердинанд Арагонский. Карл , боясь быть отрезанным от в мае 1495 покинул Неаполь и с основной частью своих войск двинулся на С. Битва с армией "Святой лиги" произошла 6 июля 1495 при Форново; французским войскам удалось прорваться и уйти на родину (октябрь 1495). После ряда поражений, которые нанесли испанские войска остававшимся еще в Италии французским гарнизонам, подписала капитуляцию и очистила территорию Неаполитанского королевства (декабрь 1496).

(из БСЭ)

см. также здесь

8

Итальянский поход Карла VIII с точки зрения французов

Филипп де Коммин "Мемуары", книга VII (1, 2)

Король в это время находился еще в Риме, где пробыл по меньшей мере дней 20 и вел кое-какие переговоры. При нем были соблюдавшие нейтралитет 18 кардиналов и другие особы, и среди них — упомянутый Асканио, вице-канцлер и брат герцога Миланского, и кардинал Сан-Пьетро-ин-винколи, сильно враждовавшие и с папой, и между собой, а также епископ Горицийский, кардинал Сен-Дени, кардинал Сан-Северино, кардинал Савелли, Колонна и другие. Все они желали устроить над папой, отсиживавшимся в замке Святого Ангела, суд и избрать нового. Дважды наша артиллерия была готова открыть огонь по замку, как мне рассказывали наиболее видные лица, но король по своей доброте всегда противился этому. Замок оборонять было трудно, так как насыпь была искусственной и небольшой, а часть стены чудом обвалилась. Папу они обвиняли в том, что он купил свое священное достоинство, и это было правдой; главным купцом, всем этим заправлявшим, был при этом упомянутый Асканио, который получил большие деньги и в качестве вице-канцлера стал управляющим дворцом и имуществом папы и многими городами патримония святого Петра. Они спорили из-за того, кому быть папой, однако, по-моему, они могли бы прийти к согласию и избрать нового папу, угодного королю, и даже папу-француза. Не знаю, хорошо или плохо поступил бы в этом случае король, но уверен, что он сделал бы все возможное, чтобы добиться мирного соглашения; однако он был слишком молод и окружен дурными наставниками, чтобы заняться таким великим, делом, как реформа церкви; на это он имел полное право, однако ему не удалось ее провести. Не сомневаюсь, что все сведущие и разумные люди сочли бы реформу благим, великим и весьма святым делом, но она требовала огромного труда; так что намерение короля в данном случае было благим (и оно до сих пор остается таковым), но ему некому было помочь.

9

Поэтому король избрал иной путь и заключил с папой мирное соглашение, которое, правда, не могло долго оставаться в силе, поскольку папу принудили к нему и он слишком явно готовился к организации лиги против короля, о которой позднее пойдет речь. По этому соглашению, папа примирился с кардиналами и некоторым из них, как присутствовавшим, так и отсутствовавшим, обязался платить за кардинальскую шапку. Папа обещал предоставить королю четыре города: Террачину и Чивитавеккью, которые он отдал, Витербо, уже взятый королем, и Сполето, так и не отданный, несмотря на обещание. Они должны были быть возвращены папе, как только король покинет Неаполь, что и было сделано, хотя папа его и обманул. По соглашению, королю передавался также брат Турка, за которого получали от Турка 45 тысяч дукатов в год и потому боялись его потерять. Папа также обещал не назначать ни на одно церковное место своих людей без согласия короля; были и другие пункты касательно консистории. Своего сына, кардинала Валенсии, папа давал в заложники, назначив его легатом при короле. А король со всем смирением, на которое только способны короли, выразил папе сыновнее почтение. Папа возвел в сан кардинала двоих его людей: генерального сборщика (которого чаще всего звали просто генералом), бывшего до этого епископом Сен-Мало, и епископа Ле-Мана, происходившего из дома Сен-Полей, который в это время находился во Франции.

ГЛАВА XVI

Когда дела эти были завершены, король покинул Рим большим другом папы, как ему казалось; но восемь кардиналов уехали из Рима, недовольные соглашением, и шестеро из них были сторонниками вице-канцлера и кардинала Сан-Пьетро-ин-винколи, хотя, как кажется, Асканио лишь притворялся, а в душе был согласен с папой, но его брат, герцог Миланский, еще не порвал с нами. Король направился в Дженцано, а оттуда в Веллетри, и там кардинал Валенсии бежал от него.

отсюда

10

Небольшая заметка о происходившем в конце декабря 1494 и первых числах января 1495 (из книги Ивана Клула "Борджиа"):

...понтифик по тайному коридору уходит в замок Сант-Анджело в сопровождении шести кардиналов, среди которых находятся его племянник Джанни Борджиа, архиепископ Монреальский, и сын Чезаре. Как только он оказался в крепости, часть крепостных укреплений обрушивается рядом с коридором, по которому он прошел, при этом были уничтожены семь бойниц и погибли трое часовых. Это новое разрушение стен, как и то, которое произошло еще до появления Карла VIII, некоторым кажется новым знаком Неба, призывающим папу отступить. Но Александр отказывается верить в предзнаменования. Будучи реалистом, он приказывает залатать брешь в стене и нацеливает пушки своей артиллерии на французов. Епископ Агридженты Хуан ди Кастро, управляющий замком, приказывает гарнизону из 400 испанцев занять позиции на дозорной дороге. Для защиты крепости он использует также главные римские реликвии, которые там хранятся. Оба раза, когда подходят вражеские войска, на крепостные валы выносят раку с мощами Святых Петра и Павла и покрывало Святой Вероники. Пораженные французы отступают. Король и папа постоянно переговариваются, посылая друг к другу эмиссаров.

Отредактировано Александр VI (07-01-2017 14:27:17)

11

Возвращаясь из Неаполя, король Франции вступил в Рим 1 июня, а покинул его пределы 3 июня.
Александр вернулся из Орвьето в свою столицу 27 июня.

Отредактировано Александр VI (30-11-2016 02:22:37)

12

Мельхиор Ферайоло "Хроники Неаполя под властью Арагонского дома".
Французы вступают в Неаполь, рисунок 1498 года.

http://s3.uploads.ru/t/AiJdN.jpg


Вы здесь » Яд и кинжал » Veni, vidi, vici » Историческая обстановка (конец 1494 - начало 1495 гг.)